Любому здравомыслящему человеку, знакомому с положением дел в Самарской области, губернатор проводящий время в студии за созданием музыкального контента покажется паноптикумом и издевательством над электоратом. Область тонет в мусоре и крысах, в бюджете дыра сопоставимая по размерам с ним самим, автобусы не ходят, коллапс бюрократической системы, правовой нигилизм и в это время ВДЛ примеряет шаровары Тупака. Но наш Славка не такой. Гордиев узел вопроса «быть или не быть» маленький картавый защекан видимо разрубил еще в детстве - «Зачем быть когда достаточно казаться?». Тяга властьимущего засранца к блатной романтике очевидна коллегам и избирателям с первых дней знакомства.

- почему вы употребляете нецензурную лексику на совещаниях, Вячеслав Андреевич?
- Чтобы уличные пацаны знали что я с ними могу говорить на одном языке

- зачем вы устраиваете этот балаган с «очной ставкой»
- Чтоб местные блатные знали что могу вызвать и спросить

И так далее. Попытки записывать соответствующие музыкальные треки выглядят вполне логичным продолжением создания того образа, к которому обоссаный в школьном туалете волгодонский школьник стремится во взрослой жизни. Зачем ему этот образ? Ответ прост. Компенсация. Компенсация того что Славка ничтожество. Он это понимает. И понимает что все понимают. Мальчики в горизонтали всю жизнь его бьют и унижают. Старшие в вертикали ничего большего чем роль шныря ему никогда не предлагали. Девочки считают неприятным недоразумением. Честно говоря жизнь у него так себе. И должность главы субъекта нисколько не меняет его мироощущение. Если бы он был женщиной, про него бы уверенно говорили что «этот свое кресло губера насосал». Но поскольку он претендует на звание особи мужского пола, видимо подойдет «нашнырил» или «нализал».

А как хочется выглядеть сильным, решительным и опасным!

Но ведь чтобы иметь уважение в школе надо драться. Чтобы иметь вес в среде братвы надо поворовать, повымогать, постреляться, в тюрьме посидеть и чудом выжить. Искать уважение в бизнесе нашему герою тоже не с руки - там риски, тяжкий труд, братва опять же… Все как то сложновато. В этих тяжких раздумьях карьера шныря обернулась первой в жизни позицией, где начальники далеко, за мерзкий язык бить по роже уже не принято и можно немного расправить впалую грудь.
Для начала попробуем нахамить местным авторитетам. Проканало. Слова, за десятую часть которых суровые парни вроде Милеева и Аветисяна натянули бы сопляку глаз на жопу , были сказаны и не имели последствий. Потребуем ствол. Опять положительный опыт. Приставим его к голове подчиненного. Опять успех. Водка и порошок на работе? Пожалуйста. Жизнь удалась. «Я ж теперь просто бля Тони Монтана». Пора добавить финальные мазки обозначив себя в соотвествующем музыкальном жанре.

Тут возникает незадача. Если запах говна из рояля в кабинете до начальства в москве не долетает, то цифровой контент мигом достигнет ушей руководства и могут розовую жопу напороть. Но Славка то знает, что «быть» не обязательно. Так, закосить чуток и проканает.

Как результат, эстетика Бронкса, жизни на улице, музыка рожденная в драках и перестрелках, торговле наркотой, борьбе за жизнь друзей и смерть врагов, перерождается в нелепый набор жеванины о тяжелом быте нетрезвого сопливого чиновника на средней Волге.

Лучшую рецензию к выпущеному треку задолго до половой зрелости автора написал великий казачий поэт Александр Розенбаум в своей бессмертной песне «Воры в законе». Коротко и ясно.

«И поют петухи про тюрьму…»