I particularly liked the parts of it pertaining to the trial. Having been there myself, I can assure you that you have it down from a defendant’s point of view — the more or less casual interest and the urge to just jump up and say: “Yeah, I did it. And I’m not sorry for it either. Can’t you fools on the jury see that it’s all just a fucking game? So fuck you jury. Fuck you judge. Fuck you prosecutor.”
Чак Хэд — ветеран Вьетнама, заключенный, который ходил на писательские мастер-классы Джонсона в аризонской тюрьме. Из того, что я смог найти, его посадили за сбыт марихуаны. Он же помогал Джонсону с фактурой для романа, а именно поделился личным опытом, который пригодился в создании главного персонажа Билла Хьюстона.
В целом, Чаку явно понравился роман, но наверное, ни один писатель не хотел бы получить отзыв, который начинается так:
Though you haven’t asked me for my opinion, I do have a few comments which you can have for free.
Еще из интересного, Джонсон на тех мастер-классах в тюрьме говорил про то, что писатели и поэты конструируют свою идентичность из личного опыта других людей, опыта, который самим им не принадлежит. Чак упомянул это в другом своем письме — интересно, понимал ли он сам, что и к их отношениям это, скорее всего, тоже относится. Думаю, да.
А в той же тюрьме работал поэт Роберт Смит, и они тоже много переписывались с Джонсоном, и Смит помог с фактурой по процедуре смертной казни. В ней ему виделась одна огромная несправедливость. В Аризоне убивают газом, и чтобы этот газ не навредил тюремным охранникам, которые после убирают тело, заключенных перед казнью коротко бреют и раздевают до трусов. В самом помещении отопления нет. И в вот приговоренные собирают в себе всю силу воли, чтобы держаться достойно, но им холодно, и они начинают дрожать — а свидетели принимают это за что-то другое.