сады

в саду неношеной обуви
загорелись трава и деревья,
и я вновь застыл среди веток,
обласканный мёртвым цветком,
застыл в неподвижности,
сокрушающей тлеющий воздух.
многоглазая ночь на груди –
моё ожерелье.

в саду брошенного бумеранга
старость ушедших из леса животных
пугает настенные лампы,
пока ветер с ошейником ищет
себе место среди бегущих статуй.
разбившийся в горах аэроплан
на рассвете мерцает
тенью полёта.

в саду огнеупорных бабочек
и каменных улиток
скрипят глухие двери, отмеряя свой шаг
разбросанными повсюду монетами.
недопустимый смех
посреди мертворождённого молчания
сыплется нам на головы,
точно снежинки.

в саду тигриного прыжка
мы встретились,
словно нырнули
в опустевший бассейн,
и не было иной воды
нашим словам, кроме этих
промокших тропинок,
заметных лишь во время дождя.

(21.08.26)