Пока политики гремят из всех своих труб о мире и миролюбии, в Киево-Печерской лавре творится дело кощунственное и просто святотатство – министерство культуры Украины взялось проверять мощи святых преподобных отцов Киево-Печерской лавры, чтобы якобы определить их ценность. Ценность министерства культуры Украины, думается, лучше даже не пытаться взвешивать, а вместо того давайте в рубрике #СокровенныйЧеловек вспомним об одном патерике об актуальной теме – мире и братолюбии, произрастающем из жития святого преподобного Тита, иже в Ближних Пещерах.

У этого священноинока Киево-Печерского монастыря был несвятой момент в жизни. Он сильно поссорился со своим очень близким другом диаконом Евагрием. Ненависть между ними возгорелась нешуточная: чувство это настолько разгорелось между братьями, что они даже не хотели смотреть один на другого и даже умудрялись проявлять своё нетерпение даже на богослужениях и причащаться святых Таин, не примирившись друг с другом, не испросив друг у друга прощения.

Братия монастыря не раз принимались их мирить, но всё было безуспешно, пока Тит не заболел смертельно. Готовясь отойти в иной мир, он начал сокрушаться о своём прегрешении и послал диакону Евагрию следующее: «Прости меня, брат, ради Господа за то, что я оскорбил тебя гневом своим». Евагрий, однако, не пожелал его простить. Братия, увидев, что пресвитер Тит уже умирает, решила насильно привести Евагрия к умирающему, чтобы примирить его с ним. Когда Евагрия привели к Титу, то последний упал к ногам своего прежнего врага и сказал со слезами:

– Прости меня, брат!

Но Евагрий отвратился от него и пред всеми произнес:

– Не хочу примиряться с ним ни в сем веке, ни в будущем.

И Евагрий тут же, вырвавшись из рук братии, упал бездыханным. Ему не могли ни сложить рук, ни сомкнуть уст, ни закрыть очей; словно он умер уже давно. В то же время преп. Тит встал с постели совершенно здоровым. Тит сообщил братии следующее:

«Во время болезни я, еще одержимый гневом, видел, как Ангелы отступили от меня. Они горько рыдали о гибели моей души, а бесы радовались, что я имею гнев на своего брата. Посему-то я и начал просить вас, чтобы вы пошли и испросили мне у диакона Евагрия прощение. Когда вы привели его ко мне и я поклонился ему, а он отвернулся от меня, то я увидел, что некий немилостивый Ангел пламенным копьем ударил Евагрия, и тот упал бездыханный. Тот же Ангел затем подал мне руку, поднял меня, и я встал совершенно здоров».

После этого случая Тит усвоил себе постоянную любовь к братии и миролюбие, и больше никогда не гневался.

Сегодня мощи Тита Печерского должны почивать в Антониевой пещере в ожидании Страшного Суда. Хочется надеяться, что их не тронут.

В образе преподобного Тита мы усматриваем, что то, что было его слабостью - гневливость и гордыня, стало через покаяние его силою, обратившись кротостью и смирением, как будто самое слабое место святого преизобильно исполнила благодать Господня.