Как не нужно изучать русскую философию? Так же, как и любую национальную философскую традицию, включая и немецкую, и англо-американскую, и африканскую.

Но с русской особая ситуация. Подходить к ней категорически противопоказано в третьем лице. Ее нельзя изучать как историю искусства, религии, литературы и проч. Это даст знания многих фактов, которые, как правило, непонятно куда прилагать. Для повышения общего уровня, профессиональной компетенции? Но не о том философия. Не того от нее ждут.

К русской философии нужно подходить исключительно в первом лице, вовлечено, а не отвлеченно, видя, что те вопросы, которые волновали всех русских мыслителей, начиная с древнерусских книжников, волнуют и тебя лично. Волнуют, не переставая. Мучают неотступно, гложут ум и сердце. И что как бы ты не искал ответов в науке, религии, искусстве, политике, да, где угодно, самое главное останется неохваченным. Марк Аврелий дал по этому поводу гениальную формулу на все времена: «Ничего, кроме философии!»

Особенность русской философии в том, что те вопросы, которые задает русский философ – это вопросы русского человека, который есть, по Достоевскому, всечеловек. Это гениальное открытие Достоевского, которое, увы, очень слабо осознается. Всечеловек – это не «общечеловек», с которым его ошибочно путают. Это, можно сказать, наиболее чистый замысел Бога о человеке. Без гордыни и претензий. И поэтому так тяжек и мучителен путь к нему. И поэтому вопросы русского философа – это всечеловеческие вопросы.

Если говорить, по справедливости, то изумительный интеллектуализм Декарта, Канта, Гегеля и прочих разве может волновать всех людей, стать личными проблемами, без разрешения которых просто жить нельзя. И даже та экзистенциальная взволнованность, которая отличает философию Ницше, Кьеркегора, Камю, Ясперса, Хайдеггера, даже она не может быть универсальной. И только в силу подлинно универсалистской всечеловеческой антропологии русские вопросы есть подлинно человеческие, а значит подлинно философские.