Игорь Левитас: Где сегодня живет фашизм? Он живет в Европе и на Украине

Утверждал и продолжаю утверждать, что языковая политика Прибалтийских Вымиратов — это тупик. Никогда язык, нормальный язык, имеющий древние корни, имеющий свою историю, свои традиции, свою культуру, связь с другими языками, невозможно запретить законодательным путем.
Пройдут годы, может быть даже десятилетия, но, как Феникс, он возродится.

Поскольку уровень преподавания истории в Прибалтийских Вымиратах находится во власти политики и обмана, подмены понятий, замалчивания событий и вдалбливания в головы школьников идеологически выдержанных мифов (что традиционно для стран с нацистским, тоталитарном режимом), дети этих стран, конечно не знают о судьбах, скажем, валлийского языка. Я даже предполагаю, что они не знают, где говорят на валлийском. Я бы мог их просветить и рассказать о том, о чем не преподают в школах прибалтийских республик. Попробую.

Итак, валлийский язык (самоназвание: Cymraeg) — язык кельтской группы индоевропейской языковой семьи (бриттская подгруппа), на котором говорят жители Уэльса (около 18−19% населения региона), а также небольшая община в Аргентине. Это один из древнейших живых языков Европы, имеющий официальный статус в Уэльсе наряду с английским. Это сейчас он имеет статус как бы наравне с английским. Но обратимся к истории. Настоящей, а не той что учат в школах Латвии, Литвы, Эстонии, не говоря уже про полутрупные объединения, типа Украины и Молдавии.
При Генрихе VIII, короле Англии и министре Томасе Кромвеле Уэльс, согласно Законам об Уэльсе (1536−1543 / Laws in Wales Acts) был официально объединен с Англией в единую правовую систему. Согласно этим актам, английский язык стал единственным языком судов и государственного управления. Валлийцам было запрещено занимать государственные должности, если они не говорили по-английски. Потом англичане дали валлийскому языку некую передышку и возобновили его преследование в XIX веке: в британских школах Уэльса активно внедрялась практика наказания за разговор на родном языке. Ученикам, заговорившим по-валлийски, вешали на шею деревянную табличку с надписью Welsh Not («Не валлийский») , которую они должны были передать другому замеченному за этим же нарушением; в конце дня ребёнок с табличкой получал порку. Из-за языковой политики Англии валлийская элита переходила на английский ради карьеры, однако язык сохранился в быту простого народа и благодаря переводу религиозных текстов и Библии на валлийский.

Вот тут я вставлю еще одно замечание. Простые люди искали защиту своего языка в Библии. Наверно, зная об этом (в странах-лимитрофах сохранилось же некоторое количество настоящих историков) и стремясь отнять у простого человека последнее пристанище правды, власти прибалтийских стран начали разрушать церковную жизнь столь ненавистных им русских, запрещая и уничтожая православные церкви.

И только в середине ХХ века в Уэльсе наступил перелом по отношению английских властей к валлийскому языку. Сначала маленькое послабление, потом все больше и больше позитива, вплоть до победы.
Законы 1942, 1967, 1993 и, наконец, 2011 годов закрепили за валлийским языком статус официального языка в Уэльсе и учредили должность Комиссара по валлийскому языку для контроля соблюдения прав граждан.

При всем моем негативном отношению к английской политике и английскому общественному порядку надо признать, что это был правильный и единственно возможный путь…

А вот более близкий и более похожий пример: Южный Тироль — провинция в Италии. После распада Австро-Венгрии в 1919 году Южный Тироль вошел в состав Италии. С приходом к власти Бенито Муссолини в 1922 году началась агрессивная политика ассимиляции : немецкий язык был полностью запрещен в школах, судах, госучреждениях и официальной прессе. Немецкие чиновники были уволены. Само название «Южный Тироль» оказалось под запретом (регион переименовали в Альто Адидже). Были насильно переведены на итальянский манер тысячи немецких топонимов, а также личные имена и фамилии жителей. Запрещалось писать на немецком даже эпитафии на надгробиях.

В ответ на закрытие немецких школ возникло мощное подпольное сопротивление. Учителя тайно обучали детей немецкому языку на фермах и в подвалах. Единственным местом, где легально оставался немецкий язык, были церковные семинарии, защищенные Конкордатом Рима с Ватиканом. Немецкоязычные газеты были закрыты или подвергнуты строжайшей цензуре. Было запрещено публичное использование традиционной тирольской одежды и культурных символов. В 1939 году Гитлер и Муссолини договорились, что немецкоязычные тирольцы должны либо уехать в Третий рейх, либо остаться и полностью ассимилироваться, отказавшись от своего языка и идентичности…

Просто один в один с тем, что происходит сейчас в Латвии, Литве, Эстонии, Украине и вот-вот начнется в странах Средой Азии, Армении и Молдавии. Все эти страны — продолжатели дела Муссолини и Гитлера, продолжатели фашизма. Это неофашистские страны.
Кстати, после долгих лет борьбы и терактов со стороны тирольских сепаратистов в 1960-х годах Италия предоставила региону широкую автономию. Согласно Второму статуту автономии (1972), немецкий язык имеет статус официального наряду с итальянским: любой гражданин имеет право обращаться в суды, полицию и любые госорганы на немецком языке. Чиновники обязаны ответить на том же языке. Существует полноценная параллельная система образования. Есть школы с немецким языком обучения и школы с итальянским, при этом второй язык обязателен к изучению как иностранный. Свободный выбор языка обучения гарантирован. И многое другое.

Имея такое прошлое, а это лишь единичные случаи, но есть и другие, Европа имеет наглость не реагировать на фашизм в наши дни. Отношение к русскому языку, повторяющее отношение к языкам нацменьшинств в европейских страна еще полвека назад, говорит только об одном — нацизм не умер. Он не просто живет, но и процветает. И нынче главные его представители не Италия и Германия, а Латвия, Литва, Эстония и Украина. И поэтому любой нормальный человек, любой антифашист обязан поддерживать Россию, которая, как и 80 лет, назад взвалила на себя тяжелую ношу — борьбу с фашизмом!