Из «Дневников» Александра Шмемана.

10 января 1974 года.

«Вчера - трехчасовой разговор с молодым (двадцать три года!) «зарубежным» священником из Бриджпорта. Симпатичный, явно искренний, убежденный, по-своему «широкий». Но, Боже мой, какая все-таки путаница, и не только мыслей, но именно опыта, сознания. Какое «маленькое» Православие они любят, сколько у них идолов, фетишей, скованности внутренней. Впечатление такое: если на секунду сойдут со своих рельс - всё лопнет, и вот они держатся за эти «рельсы», уже даже и не спрашивая, откуда и куда они ведут. Ужасно тягостное впечатление от этого разговора, главное, потому, что в одном-то они правы: в утверждении нашей духовной слабости, половинчатости, минимализма.
После этого - обостренное чувство одиночества, невозможности - в этих условиях - сказать главное. Вечное желание - свободы, чтобы быть ответственным. Ненависть к церковной «политике», ко всему этому уровню, на котором всегда приходится спорить и разговаривать. В таком настроении - недостойное уныние. Лечусь, читая весь вечер четырнадцатый том Léautaud.

Всё в глубоком снегу. Мороз. Хорошо только дома, только с Л. и детьми. Во всём остальном («дела») только и ждешь того, чтобы наконец кончилось, миновало, отпустило…

Что такое подлинная культура? Причастие. Участие в том, что победило время и смерть».