Он был звездой. В этом нет ничего величественного, хотя он вряд ли знал, что кто-то вообще мог считать его величественным.

Он не знал многого. Он знал, что он белый карлик, знал, что у него нет системы, и что он находится в галактике — он не знает какой. Потому что у галактик нет имён. Как и у планет. Как и у звёзд. Есть только термины. Есть знание, что как бы ты что-то не обозвал — оно останется тем же. Названия это что-то, не имеющее смысла.


Он был звездой.
Белые карлики светятся за счёт своей тепловой энергии. Он остывает, и в течение нескольких миллиардов лет он просто остынет полностью.
Он проживет дольше своих больших собратьев, и, вероятно, переживет их на несколько миллионов лет. Он не мог чувствовать грусти или печали из-за этого — ему было нечем чувствовать. Он даже не знал, что это такое.


Он был звездой.
Когда-то он был красным гигантом, у которого было недостаточно массы для поднятия температуры.
Он — когда-то ядро чего-то более большого. Он — его остаток. Таких как он меньше, чем можно было бы представить. Он слишком маленький, слишком незаметный — для него эти "слишком" не имеют значения.


Он был звездой. И это все, чем он был. Ни больше, ни меньше.


Холодная темнота была единственным, что было вокруг. Свет других тел достигал до него, но он никогда не мог подобраться к ним ближе. И ему не хотелось, потому что желания не существовало.



—Ужели ты так одинок?

В вакууме нет голосов, но он его услышал — как гул далёких планет.

—Тебе не скучно просто витать здесь?

—Скучно?

—Ну конечно. Вокруг тебя ничего нет, все слишком далеко, а ты слишком мал. И ты просто. . . Здесь. Тебе не скучно?

—Я не знаю.

—Ты не знаешь? И что ты тогда знаешь вообще?

—Я — белый карлик. У меня нет системы, и я нахожусь в галактике. Когда-то я был ядром красного гиганта.

—И все?

—А есть что-то, что я ещё должен знать?

Собеседник замолк. А после он увидел его.

—Хочешь, я буду твоей луной?

—Что это значит?

—Спутник. Я буду твоим спутником. Это слово должно быть тебе понятно.

Звезда смотрел на него, и он не знал, хочет ли он этого. Но он знал, что хотел бы знать.

—Ты бы и так стал моим спутником, разве нет? Но да, я хочу, чтобы ты им был. Будешь моей луной.

—Хорошо. Я поделюсь с тобой ещё одним словом — ты будешь моим солнцем.