Чёрный кабинет и тень «Магдебурга»: у истоков русской радиоразведки (3/3)

В июне 1920 года начались усиленные англо-советские торговые переговоры. Большевики не подозревали, что вся их дипломатическая переписка и телеграфная связь тщательно отслеживалась британскими спецслужбами — Феттерлейну удалось быстро взломать нестойкие шифры. Перехваченная информация имела чрезвычайно важное значение. Однако в августе случился досадный прокол и в Москве начался настоящий переполох.

21 августа 1920 года нарком иностранных дел Чичерин писал Ленину:

«Многоуважаемый Владимир Ильич! Я всегда скептически относился к нашим шифрам, наиболее секретные вещи совсем не сообщал и несколько раз предостерегал других от сообщения таковых. Не верно мнение тов. Каменева, что трудно дешифровать. От нашего сотрудника Сабанина, сына старого дешифровщика Министерства иностранных дел, мы знаем, что положительно все иностранные шифры расшифровывались русскими расшифровщиками. В последний период существования царизма не было иностранной депеши, которая бы не расшифровывалась, при этом не вследствие предательства, а вследствие искусства русских расшифровщиков. При этом иностранные правительства имеют более сложные шифры, чем употребляемые нами. Если ключ мы постоянно меняем, то сама система известна царским чиновникам и военным, в настоящее время находящимся в стане белогвардейцев за границей. Расшифрование наших шифровок я считаю вполне допустимым».

Перепиской Ленина и Чичерина дело не ограничилось. 19 декабря в Москву поступило спешное донесение главнокомандующего Южной группы РККА Михаила Фрунзе:

«Из представленного мне сегодня бывшим начальником врангелевской радиостанции Ямченко доклада устанавливается, что решительно все наши шифры вследствие их несложности расшифровываются нашими врагами… К шифрам, не поддававшимся прочтению немедленно, присылались ключи из Лондона, где во главе шифровального дела поставлен англичанами бывший русскоподданный Феттерлейн, ведавший прежде этими делами в России. Общий вывод такой, что все наши враги, в частности Англия, были постоянно в курсе всей нашей военно-оперативной и дипломатической работы».

Новые советские шифры, введённые в начале 1921 года, Феттерлейн и его английские коллеги не могли разгадать в течение нескольких месяцев, но уже к концу апреля GC&CS смогла расшифровать значительную часть советской дипломатической переписки. В опубликованном в мае 1923 года знаменитом «ультиматуме Керзона», в котором большевики обвинялись в подрывной деятельности, не только буквально цитировались перехваченные советские радиограммы, но и отпускались весьма недипломатичные колкости в адрес большевиков по поводу успешного перехвата англичанами их корреспонденции: «В русском Комиссариате иностранных дел наверняка узнают следующее сообщение, датированное 21 февраля 1923 года, которое было ими получено от Ф. Раскольникова… В Комиссариате по иностранным делам также должны припомнить и радиограмму, полученную ими из Кабула и датированную 8 ноября 1922 года… Очевидно, им знакомо и сообщение от 16 марта 1923 года, посланное Ф. Раскольникову помощником комиссара иностранных дел Л. Караханом…»

Летом 1923 года Феттерлейну и его коллегам пришлось поломать голову над новыми советскими шифрами и кодами, на что в этот раз ушло значительно больше времени, но всё же к концу 1924 г. был подобран ключ и к этому замку. Услуги бывшего царского криптоаналитика были по достоинству оценены новым руководством, что нашло отражение в т.ч. и в быстром продвижении по карьерной лестнице. В книге Кейта Джеффри «The secret history of MI-6» упоминается встреча некоторых руководителей британской разведки в отеле Савой в 1928 году, на которой присутствовал и Эрнст Феттерлейн, что говорит о его высоком положении в иерархии MI-6.

Вышел на пенсию в 1938 году, но в связи с началом Второй мировой вынужден был вернуться к работе. Его департамент занимался дешифровкой немецкого дипломатического кода с двойным шифрованием, известного как «Флорадора». Прорыв в дешифровке был осуществлён с помощью британской машины «Колосс», запущенной в 1943 году.

Умер Э. К. Феттерлейн в 1944 году.