диковинки зоологического, 2026

в пыльном безмолвии витрин замерло великое воинство — бескровные субстанции иного порядка, запечатанные в стекло и время. на исходе дня залы полнятся не светом, но мертвенным золотом; оно обволакивает поверхности так нехотя, словно боится потревожить этот хрупкий паноптикум, замерший в ожидании конца времен.

я шла по следу оцепенения, фиксируя лики тех, кто навсегда остался в прозрачном плену, но продолжает немигающе взирать на живых. свет здесь едва касается чешуи и меха, лишь оттеняя истлевшее дыхание — цвет древней извести, что пережила свою плоть.

снимки получились сновидческими, вот только как отличить чужое забвение от своего собственного?