друзья с привилегиями? а может быть лучше враги с хрупким равновесием страсти и ненависти? с неудержимой тягой уничтожить друг друга ради удовольствия — чтобы в самой агонии найти искру жизни, где каждый шаг вперёд ведёт только к краю обрыва, а оба всё равно упиваются моментом падения, где каждая фраза - новый виток боли и восхищения, а каждое объятие вжимает лезвие глубже, превращая отголоски ненависти в искусство соблазна?