Слова по-прежнему в котомке

Страстная пятница

Кто-то укутал
Саваном ватным ноги
И сказал: подожди, поболей,
Такая уж ночь...
А я — побелею от старости
В ногах твоих,
Как зверушка ручная,
Как солнце — воскресное.
И если воскреснет Бог,
То до рук ли тут будет? до ваты ли снежной? до нежной ли шелковницы? церковницы убогой?
А ты поболей, это для сердца приятно
—
И если воскреснет Бог, то расточатся враги его
А мне — нечего расточать
Не расторчаться мне крестом из глины
Крестцом небесным
И пресным пеньем
Пришла пятница — взяла мои ноги и голос и пенье
И из всего — долготерпенье сделала
Шелковницы убогой,
Которая стоит у дороги и готовит небесный плод несбывшейся пятницы
.
Кутает ноги метель нездешняя —
Неспешная пятница
Что-то да будет:
.......... ...
И расточатся враги его

"Господи, вот он, я, слышится ли?"
2024 год. Что это с точки зрения техники — а кто ж его знает...

"Соловей засвистал
И защелкал"
Защелка шамкнула,
Как больная цыганка
С фингалом из синих чернил
И жёлтого лебединого смеха,
Когда повели мою Лебу
Под алые весла ресниц.
Синица выхоленная
Выхлопотала
Талый кусочек
Цыганского смеха:
Приехал поп,
Крестил-крестил-не выкрестил —
Выпитого не выпытаешь
Чаенного не выскажешь
Чужой снег
Хрустит под ногами
Как черепки
Разбитого солнца

____
Стопмоушен, отснятый за весну от этой весны. В основе — башкирская колыбельная, метафизический автопортрет, написанный гранулирующей акварелью и ещё одна работа, что-то от "ангельских одежд"

Дом будущего пенья

Ни глаза небесные
Ни
Щеки
Не знали о тебе
Не знал о тебе рот звенящий
Не знали ангелы
Небесные,
Такие, у которых нет пенья в руках
Нет голоса такого, каким можно было бы украсить входные ворота сердца
И —дверцы небесной,
Которая вела бы к чужому пенью
И гляденью
И успенью тоже — тихому
.
Небо не знало,
И город — тоже не знал
А глаза раз-глядели
И возрадовались Богу небесному
В крупице кровной
И крынке небесной
Аминь
Аллилуйя
___
А это что-то похожее на сирийских мистиков

В мотивах Элиота

Вот он,
Я
Не надеюсь вернуться
Ни в свое
Ни в чужое царство
Ни в окна
Ни в двери
Войти
Ни дома большого
Ни клетки
Грудной
И не птичьей
Песни
Потому что из множества царств
Моё царство — пустое
Такое
У которого нет
Ни голоса
Ни удара
Звонкого
Молоточка небесного
И ни крови
Потому что небо — всегда младенец
Качающийся в колыбели кровной
И не знающий ни обо мне, ни о царстве, ни о пощечине звонкой
.
И я не надеюсь вернуться

_
Стихи — что-то о Пепельной среде Элиота, "поэме обращения", кое-где почти цитата. А на фото работа — тройной автопортрет, посвящённый бабушке. Он на фрагменте забора старого заброшенного киржацкого (т.е. старообрядческого дома). Всем радоваться!