Ты спускаешься в темноту. И почти сразу — слышишь щелчки. Это значит, что заражение здесь началось давно. А значит… кто-то здесь жил.
Разноцветные детские рисунки. Самодельные футбольные ворота. Душевые кабинки, прачечная, фильтр сбора дождевой воды. Перед тобой — остатки попытки построить новый мир. Под землёй.
Мир, в котором была школа. Игры. Надежда.
Историю этой общины ты узнаешь не от персонажей, а из записок, брошенных в грязи. Из расположения комнат. Из надписей на полу. Один из тех, кто пытался всё это удержать, — человек по имени Иш. Когда-то он был рыбаком. Потом — одиноким выжившим на лодке. А потом — стал тем, кто рискнул снова довериться людям. И попытался создать общество.
И это почти получилось.
Но достаточно было одной незапертой двери.
Система рушится. Заражённые прорываются в коридоры. Люди погибают. Некоторые заперты в комнатах — с детьми. В одной из таких комнат ты найдёшь кучу крошечных тел. А рядом — записку:
Мы в ловушке. Я думаю, что все остальные погибли. Со мной остались только малыши. Заражённые ломятся в дверь. Не знаю, сколько мы продержимся. Если Иш и остальные все-таки живи, может быть, они нас спасут. Они должны нас спасти.
Если нет, я сделаю все быстро.
Один из взрослых решает избавить детей от будущего, которого они не переживут.
Рядом на земле есть надпись:
Они не мучились
Игра не говорит, кто был этот человек. Мы не увидим этого момента. Мы только входим в комнату — и чувствуем, что не имеем права здесь дышать.
Но даже в этой тьме остаётся проблеск надежды. Последняя записка Иша найдена уже на поверхности — в пригороде. Он и ещё несколько детей с Сьюзен успели вырваться. Там он пишет:
Иногда я думаю, что уже готов сдаться. Но они всё ещё живы. У них есть шанс. И пока он есть — я не уйду.
О судьбе Иша мы больше ничего не узнаем. Но его история остаётся. Без катсцен. Без актёров. Только окружение. Только то, что ты сам замечаешь. Сам собираешь. Сам чувствуешь.
#devblogTLoU