дурка день 16: пронёс контрабандой мелки (нельзя приносить всё канцелярское) и теперь рисую всякий kal

после встречи с врачами, к вечеру я получил свои первые две таблетки чего-то и после принятия меня торкнуло примерно так, как торкнуло мистера лягуша из смайлинг френдс когда тот обдолбался транками. Мысли плавились так, словно я вышел с дешёвым магазинным пакетом по сороко градусной жаре и спустя час прогулки вспомнил что на дне этого пакета лежало мороженное «светаево» эскимо из «чижика».

На ночь мне дали ещё одну таблетку чего-то и я пошёл спатеньки.

Утро.
Прекрасный сон теплится на подкорке сознания но что-то физическое мешает благо вечному сиянию чистого разума и этой заядлой мухой из того эпизода «ломая плохое» стало неконтролируемое пощёлкивание челюстью.

Глаза раскрылись ближе к восьми утра.
Первые люди.
«Что с тобой Паша?»
«Ебать у тебя зраки»
«да ну нахуй»
«Посмотрите на него»
«тебе как? Нормально?»
Что со мной? Зеркал нет. Челюсть щёлкает как будто я замёрз но мне совсем не холодно
«Он просто притворяется»
«Я специалист по привлечению внимания»
Что со мной?
Мысли подобно специально подготовленной для формулы один машине развивали скорость зашедшей за шкалу спидометра.
Отдалённые кадры воспоминаний: Больничное подобие каши; Люди; Людей становится больше.

И тут

Препятствия на пути всегда предшествовали остановке,
когда нужно было принять решение направляясь на т-образный перекрёток в каком направлении ехать: я врезался в середину.

Этой серединой на моём пути стала лечащий врач: Анастасия Борисовна. Удивительный человек, ведь только удивительный человек в своём ФИО уместит два имени! Она спросила «Как ты себя чувствуешь? Тебе тревожно?»

На такой скорости, то что парой секунд назад было машиной превращается в ошмёток, рядом с которым рассыпано тысячи осколков.
Я пытаюсь собрать эти осколки,
осколки режут мне ладони и я мямлю что-то вроде «вроде как я испытываю что-то вроде тревожности»
но удивительным образом, это столкновение лишает меня моей проблемы: челюстное дрожание пропадает.
ноги ведут к больничной койке

всего слишком много, слишком много всего, есть всё и этого всего слишком много. достаточно.

глаза закрываются и я проношусь на пару часов дальше, чем был до этого. время тоже своего рода город. сотни городов через которые я постоянно еду. Еду через временные поля, несусь через временные деревья и попадаю в ПГТ, где наконец замедляю скорость, но никогда - не останавливаюсь.

С тех пор настолько долгие тики меня не преследуют, на момент написания этих слов я принимаю лекарства уже третьи сутки и хочу уведомить что тики мучают меня только по утрам в коротких промежутках и прекращаются также резко как появляются.