Солнце уже клонилось к закату, теплый свет покидал просторный обеденный зал дома Блэков и пора была зажигать свечи. На столе красовалась хрустящая куропатка с картофелем, ароматные запеченые овощи, корзинка с золотистым хлебом. Свечи освещали темный зал и три члена семьи сидели за длинным столом, кладя салфетки на колени или заправляя на воротник. однако атмосфера была далеко не такой приятной, как могло показаться. часы пробили восемь вечера и все принялись за трепезу, как вдруг их мирный прием пищи прервал старший из братьев. Сириус бесцеремонно открыл дверь зала и оглядел присутствующих. Регулус молча поднял взгляд со своей полупустой тарелки, за которую он еще не принялся, на брата. Выражение лица было нейтральное, он давно привык к подобным выходкам, но в голове мелькнула мысль, что сейчас будет интересно.
Орион поднес вилку с кусочком куропатки ко рту, но застыл и перевёл взгляд с вошедшего сына на супругу, ощущая нарастающее напряжение. быстро сглотнув, снова перевел взгляд на сына и пригласил его присесть коротким кивком головы. Сириус приподнял бровь и тихо хмыкнул, отодвигая стул и падая прямо на него.
Орион и Вальбурга о чем-то время от времени переговаривались, в моменты, когда они оба были заняты едой, слышалось тиканье старых массивных часов на стене и кряхтенье Сириуса, пытавшегося разделаться с куропаткой не так элегантно, как подобает но это было чуть ли не специально.
– К-кхм, – Вальбурга вздернула бровь и поджала губы, выразительно смотря на Сириуса, который в свою очередь продолжил скрипеть вилкой об тарелку.
– Твоя матушка показывает, что такое поведение не подобает за столом, – озвучил Орион мысли жены, даже не поднимая глаз. Он знал её много лет и уже давно привык к выходкам Сириуса и вытекающим из них семейных скандалов.
– а что не так, mère? – Сириус кинул обглоданную косточку на тарелку и принялся нагло облизывать пальцы от соуса, пронизывая взглядом женщину напротив, которая уже явно выходила из себя.
И тут Регулус издал тихую усмешку, глядя на брата явно с восхищением. он весь вечер молчал, смирно сидя и ковыряясь вилкой в тарелке, совершенно не имея аппетита и слушая, (а хотя скорее будет сказать он присутствовал за одним столом, где обсуждали следующие темы, но не слушал их, а витал в своих мыслях, то и дело отдаленно отвечая на родительские вопросы) нудные разговоры родителей о политике, чистоте крови и других подобных вещах, которые обычно обсуждают люди, помешанные лишь на своём "великолепии".
На регулуса обернулся отец, и тот сразу уставился в тарелку, будто нашёл холодные овощи очень заманчивыми. послышался лизг посуды и два голоса, старающихся перекричать друг друга. Вальбурга стукнула по столу так, что подлетели вилки, и встала, грозно нависая над сыном и что-то ему доказывая. Сириус последовал её примеру и так резко встал, что стул отодвинулся и пошатнулся, после чего упал. Стоял невыносимый шум. Мать и старший брат орали, отец пытался их разнять, затем и сам подключился к супруге, повышая голос на сына. Прибежал кикимер и начал махать руками, мельтеша под ногами у Сириуса.
– Ну и превосходно! За меня не переживайте, я скачусь по социальной лестнице как вы и хотели, – Сириус был вне себя.
Он сплюнул прям на дорогую скатерть и под ошарашенный восклик своей матери и угрозы отца, направился к дверям, по пути задев домового эльфа.
Сев на нижнюю ступеньку и облокотившись на те, что были выше, смотря вверх, он закрыл глаза. Тишина звенела в ушах. Через нескольуо мгновений, когда мысли немного улглись, юноша открыл глаза. Звездное небо было как никогда прекрасно. Сириус бегал глазами по звездам, ища созвездия, как вдруг что-то быстро мелькнуло среди них и исчезло. Звезда. Парень приподнялся и открыл рот, словно желая загадать желание. На небе одна за одной начали падать звезды. Сириус жадно ловил их взглядом и счастливо улыбался, но никакого толкового желания придумать не смог. Зрелище было необыкновенное, завораживающее и явно самое лучшее, что было с ним за этот вечер.
𝗗 
