История о том, как остров меня не принял.

И речь не о том острове, о котором вы подумали. А о Шпицбергене.

Контекст таков: в начале июля я прилетела в Тромсё, чтобы провести месяц в Арктике: пойти из Северной Норвегии на парусной яхте на Шпицберген и обратно. Более того — я год продвигала эту идею, чтобы помочь ей реализоваться. Но что-то пошло не так.

И дело не в том, что я вылетела из Барселоны, а мой чемодан — нет, и выходила я в Северный Ледовитый океан в наскоро купленном и одолженном у друзей. И не в том, что переход занял больше времени, чем мы рассчитывали: очень повезло с погодой, и жаловаться — грех. А в том, что так просто бывает: Арктика – не моё место. Я сформулировала две основные причины.

Вроде визуально Шпицберген — это ровно то, что я себе представляла. Совершенно не сомасштабные человеку холмы и горы, где из растений — травка и мох, а большая часть острова покрыта ледниками. Полярный день, когда в час ночи солнце светит прямо в окно (на фотографии). Но первая причина — что я просто не знала (серьёзно), что для меня и моей кукушки так важно, чтобы кругом энергия била ключом. Деревья, цветы, эмоциональные люди... Назовём это либидо, жизненная сила, витальность. И вроде — да, ну какая витальность, если всё и все кругом в режиме сохранения энергии или выживания? Но вот такой я человек, мне важно жрать вот этот вот хаос большой ложкой. Просыпаешься, а за окном итальянцы орут, выходишь, тоже немного поорёшь, прекраааасно! А тут — шесть дней в неделю пасмурно, холодно, низкое серое небо, ветер и морось.

А второе — это то, что это остров без любви. Тут всё — за деньги. Причём так было всегда: сначала приезжали охотиться на китов, на моржей, потом искать и добывать полезные ископаемые, теперь работать в туризме. Тут нет уроженцев, потомственных Шпицбергенцев: тут не получится родиться (беременных отправляют в больницу на материк). Нет пенсионеров, потому что нет и пенсий, нет собственного жилья, квартиру получаешь только вместе с рабочим контрактом. Здесь живут годами, но я не слышала, чтобы кто-то назвал Шпицберген домом.

В политическом плане, если сильно упростить, то я увидела вот что: норвежцы здесь — чтобы не оставлять остров русским, а русские, потому что мы исторически не умеем слезать с дохлой лошади.

Это наааастолько не мир «Понедельника, который начинается в субботу», а какая-то нахуй «Интердевочка». И этот когнитивный диссонанс меня добил сильнее хтонической погоды и среды. В момент, когда я стояла в душе тренажерного зала и рыдала, упершись в стенку лбом, от того, что я просто очень сильно не хочу здесь быть, я решила, что я-то! я-то! уже научилась не настёгивать дохлую кобылу, и, раз я никого не бросаю и не подвожу (я имею в виду в первую очередь помощь Маше в обратном переходе), то нахрен это всё, я полечу туда, где мне не плохо!

И полетела.

А что касается Шпицбергена, на самом деле — не надо меня слушать, а поезжайте туда сами и посмотрите на это всё своими глазами. Это только с одной стороны совершенно невыносимо, а с другой — очень интересно.

UPD: Я написала 4 текста о Пирамиде, где постаралась убрать оценку и просто рассказать, что видела и слышала.
Контекст
Пирамида I
Пирамида II
Пирамида III

И традиционно: если дочитали — поставьте 🔥, а если вы премиальный боярин — то 🔥 ❤️ ❤️‍🔥

#лирическиеотступления #личное #шпицберген