Воистину тыквы удались, судя по предыдущему посту.
А теперь Фасмер.

ты‌ква укр. ти‌ква, др.-русск. тыкы, род. п. -къве, болг. ти‌ква, сербохорв. ти‌ква, словен. ti‌kva, чеш. tykev, слвц. tekvica, польск. tykwa Сравнивают с греч. σίκυς м. «огурец», σίκυος, род. п. -ου — то же, местн. н. Σικυών «Огуречный город», наряду с этим — греч. κύκυον ‌ τὀν σικυόν, κυκύι‌ζα ‌ γλυκεῖα κολόκυνθα (Гесихий), лат. cucumis, род. п. -eris «огурец». При этом предполагают заимствование частью из какого-либо и.-е. языка (Хирт (IF 2, 149), Кречмер (KZ 31, 335; Glotta 26, 57)), частью — из не-и.-е. языка (Шпехт (KZ 61, 277), Гофман (Gr. Wb. 312), Вальде-Гофм. (I, 299 и сл.)). Любопытно лангедокск. tükо «тыква, голова», на основании которого М.-Любке (751) и Кнутссон (ZfslPh 4, 384 и сл.) реконструируют галльск. *tukkos. Заимств. из слав. в лангедокск. (Шухардт, ZfromPh 28, 149) малоправдоподобно. Популярно сближение слав. названий с тыл, тук (см.), лит. tu‌kti, tunku‌ «жиреть»; ср. Соболевский, РФВ 13, 144; Бругман, IF 39, 141 и сл.; Ле‌венталь, WuS 10, 142 и сл [Иллич-Свитыч (Этим. исслед. по русск. языку, I, МГУ, 1960, стр. 21 и сл.) объясняет праслав. *tyky из *tykati при отражении *tъky в слвц. Праслав. *tуkу, по его мнению, распространилось у сев. славян позднее сравнительно с южными и чеш.-слвц. группой. См. еще специально Гиндин, «Этим. исслед. по русск. языку», 2, МГУ, 1961. — Т.]
Происхождение слова тыква в этимологическом онлайн-словаре Фасмера М.