Telegraph Порой кажется, что самое страшное в человеке — не жестокость, а ясность. Когда он точно знает, чего хочет и куда идет. Ничто не… Порой кажется, что самое страшное в человеке — не жестокость, а ясность. Когда он точно знает, чего хочет и куда идет. Ничто не может его отклонить: ни жалость, ни чужие сомнения, ни даже собственная усталость. Такой человек становится похож на рельс — прямой…