К делу экс-директора ЦТЛ и долям в красноярском аэропорту

Немного фактуры к истории с арестом бывшего гендиректора ГПКК «Центр транспортной логистики» Андрея Августиновича, которого следствие обвиняет в «ущербе бюджету» на 2 млрд рублей при продаже 15% акций аэропорта Красноярск.

В 2015 году Правительство Красноярского края провело открытый аукцион по продаже 51% акций международного аэропорта Красноярск (Емельяново). В торгах участвовали крупные операторы, по итогам конкурентной процедуры победитель: выплатил краю 4,05 млрд руб. за 51% акций (при изначальной оценке пакета в 1 млрд и стартовой цене в 2 млрд); взял на себя инвестобязательства по строительству нового терминала международного уровня с бюджетом проекта около 6 млрд руб.

Несмотря на санкционную турбулентность после 2014 года, обязательства были выполнены: за два года построен новый терминал площадью порядка 58 тыс. кв. м с шестью телетрапами и современными системами обработки багажа и безопасности.В 2019 году обновлённый аэропорт уже работал на пределе — обслуживал XXIX Всемирную зимнюю Универсиаду, принимал президента и официальные делегации.

Реально гордость красноярцев и все видят и понимают, что реально сделано за эти годы.

Отдельный эпизод, вокруг которого сейчас строится уголовное дело, — аукцион 2022 года по продаже 15% акций.

Тогда, ввиду нехватки средств на поддержание аэродромной инфраструктуры, регион выставил 15%-ный пакет на открытые торги. Победитель заплатил 476 млн руб., при том что согласно независимой оценке этот пакет оценивался в 255 млн руб.

То есть по цифрам картина такая: сначала край получает вдвое больше стартовой цены за контрольный пакет,затем — почти вдвое больше независимой оценки за дополнительные 15%, плюс на выходе — новый терминал и аэропорт, который входит в число лучших в стране. При этом речь об аукционе, рыночной процедуре, в которой несколько участников. И это довольно тревожный кейс для чиновников по всей России. Зачем вообще нужны аукционы если задним числом любой может попасть под вопрос "А почему так дешево?"

На этом фоне версия о «мошенничестве с ущербом бюджету в 2 млрд» как минимум требует очень подробного и внятного объяснения. Пока его нет, история выглядит не как классическая «распродажа за копейки», а как разборка вокруг уже реализованного инфраструктурного проекта задним числом.