Канал «Сибиряк» специально  для канала «Что делать?»

Абхазский консенсус – дело рисковое

Сухум определился с президентом на ближайшую пятилетку, если, конечно, в стране не вспыхнет очередной глобальный политический кризис. Бадра Гунба не без труда обошел Адгура Ардзинбу во втором туре президентских выборов. Итоговый разрыв между кандидатами составил тринадцать процентов, что говорит об очевидной поляризации настроений в Абхазии. Тем не менее, оппозиция крайне неохотно признала результаты выборов и легитимность избрания Гунбу на должность президента. Что будет дальше с Абхазией?

Во-первых, очевидно, что Российская Федерация сыграет ключевую роль в становлении экономики Сухума. Новое инвестиционное соглашение, финансовые дотации, совместные проекты, например, в туристической сфере – все это с прямой поддержкой Владимира Путина, президента РФ. Владимир Владимирович уже поздравил Гунбу с победой и заметил, что рассчитывает на дальнейшее укрепление «дружественных российско-абхазских отношений».

Во-вторых, крайне мутной выглядит тема с внутренними абхазскими проектами. Местные республиканские эксперты говорят о важности развития отдельных направлений в сельском хозяйстве, о необходимости подъема промышленности, о том, что собственный бюджет не должен определяться внешними поступлениями. Предвыборная риторика Бадра Гунба никак не отвечала на эти вопросы. В основном, победивший кандидат двигал тему «большой и теплой дружбы с Россией». Нежелание слушать и слышать альтернативное мнение – это прямая дорога к росту протестного настроения в Абхазии.

В-третьих, некоторая реинтеграция с Грузией возможна в случае пересмотра своих позиций. Недавний энергетический кризис, когда в республике наблюдались перебои с подачей электроэнергии, выявил очень любопытную особенность в отношениях между Тбилиси и Сухумом. Оказывается, Грузия осуществляла бесплатные поставки электроэнергии с Ингурской ГЭС только по причине того, что Абхазия не имела средств на оплату. Собственно, старую и новую грузинскую власть не устраивает дотационная парадигма. Особенно в случае, когда Сухум вообще не выражает никакую благодарность в политическом плане, а продолжает двигать логику собственной независимости.

В-четвертых, Гунбе следует помнить, что победа ему досталась с небольшим преимуществом. Этот момент показывает силу оппозиции. Избранный президент, конечно, двинул речь о готовности контактов с «представителями оппозиции в интересах республики» ради «укрепления государственности», но консенсус, в данном случае, выглядит потенциальной точкой риска. По той причине, что Ардзинба не считает Москву единственным возможным союзником и будет выступать за конкретную независимость республики, в том числе, по экономическим проектам. Готов ли Бадра Гунба содействовать в укреплении международных отношениях с условной Турцией – это очень хороший вопрос.