Россия. Тренды недели
 
Азиатский «двойной удар»
 
Короткое турне президента РФ Владимира Путина по Азии, кажется, заставила изрядно понервничать политических лидеров «коллективного Запада». Во-первых, потому что рассыпалась месяцами подготовленная дезинформация о «нерукопожатности» российского лидера. Во-вторых, как оказалось, Москва в состоянии сделать «ход конем»: отработать дальнее локальное направление с максимальной эффективностью. Что договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с КНДР, что несколько подписанных заявлений и документов с Вьетнамом, которые продолжили развивать имеющееся соглашение «об основах дружеских отношений» – Российская Федерация показала всему миру, что остается важным актором современных международных отношений, несмотря на препятствия, чинимые военно-политическими альянсами.
 
Конечно, следует понимать, что Азия – это регион «себе на уме». Тот же самый Ханой не будет противопоставлять дружбу с Москвой той коммерческой выгоде, что есть от товарооборота с Вашингтоном. Собственно об этом говорил глава МИД Вьетнама Буй Тхань Шон на внезапной встрече с Дэниелем Критенбринком, помощником государственного секретаря США. Не стоит подозревать вьетнамский истеблишмент в лицемерии и двуличности, это всего лишь гибкая политика по достижению выгоды с минимальным вмешательством во внешние дела. Каждый выживает, как умеет – такой тренд для государств, претендующих на вторые роли в региональном лидерстве.
 
Что касается России, то наша страна, в очередной раз, явила несколько важных тенденций в постоянно меняющемся мире. Первая тема, что обращает на себя внимание – это вариативность действий Кремля. Москва дружит не только с ближними соседями, вроде Минска или Анкары. Иногда прорабатываются дальние направления, из числа тех, что могут доставить головной боли «коллективному Западу». Упомянутый договор с КНДР и уже в Сеуле пытаются поссорить Москву с Пекином – такое вот сильное беспокойство случилось с руководством Южной Кореи.
 
Здесь Кремль преследует две цели: развитие торгово-экономических и политических связей с дружескими странами и развитие парадигмы многополярного мирового порядка. Чем больше акторов в мировой политике будут понимать, что к их мнению прислушиваются, тем сильнее будет бренд новой системы международных отношений. Особенно в свете потенциального реформирования Совета Безопасности ООН.
 
Вторая тенденция связана с ускорением дипломатических процессов. Для «коллективного Запада» полной неожиданностью стал не только визит Путина в КНДР и Вьетнам, но и проработанность подписанных соглашений и сделанных заявлений. Причем, с минимальной утечкой для разведывательных сообществ. Это тоже очевидная тема, потому что условия игры меняются очень быстро и нужен симметричный ответ на недальновидную политику «коллективного Запада» по разбалансировке действующей системы международных отношений. Москва теперь будет всегда работать в режиме космических скоростей и уже Вашингтону с Брюсселем придется соответствовать, если, конечно, смогут.
 
Третий тренд – это выступление российского президента на брифинге для журналистов кремлевского пула, по итогам визита во Вьетнам. По сути, как это часто бывает, Владимир Путин не сказал ничего нового. В тоже время, глава нашего государства объяснил, как это говорится, «популярным языком» некоторые из своих прежних заявлений. Все эти уточнения и дополненные смыслы направлены «коллективному Западу», чтобы там не искали двойное толкование в предложениях по мирному урегулированию «украинского вопроса» или размышлениях о корректировке ядерной доктрины РФ. Хотя, конечно, действия бывших европейских и американских партнеров наводят на мысль, что логика и построение причинно-следственных связей им неведомы.