/Продолжение конспекта по статье «Крутой поворот»/

📌Политическая система и крутой поворот

18. Сегодня, в условиях крутого поворота, мы имеем властную позицию «с одной стороны, с другой стороны». Эта позиция порождает противоречие, чреватое всем, вплоть до государственного переворота.
19. Сегодняшняя политическая система в России никоим образом не является советской. Но антисоветчики ее всё равно атакуют. Зачем и по чьей отмашке?
20. Ресоветизация в России происходит. Но к восстановленным памятникам Дзержинскому прилагают старый советский миф о «белом и пушистом друге детей». Этот миф неустойчив. Почему не воспользоваться открытыми архивами и «разорвать замкнутый круг, внутри которого мы вращаемся от мифа со знаком плюс к мифу со знаком минус?»

📌Фильм «Мумия»

21. Фильм «Мумия» является низкопробным. Мавзолей направлен на север? Но ведь он примыкает к Кремлевской стене.
22. Это явным образом заказной власовский фильм. Сергей Кургинян: «А вы чего хотите от РПЦЗ?»
23. Существует опасность, что определенный сегмент русского православия захочет разрушить религиозную целостность.
24. Фильм используется как инструмент давления на коммунистов в преддверии выборов в Госдуму.
25. Китай и КНДР, где есть мавзолеи Мао Цзедуна и Ким Ир Сена, внимательно следят за выходкой канала «Спас». Сергей Кургинян: «Им нужно твердо знать, что осуществившийся поворот необратим. Что их не кинут чуть позже, вновь помирившись с Западом».
26. Обвинение большевиков в масонстве звучит странно на фоне неопровержимых доказательств вхождения в масонские структуры всей без исключения монархической элиты Российской империи.
27. Романовы навязали православию Священный Синод. Это крайнее принижение православия, лишение его самого главного - патриаршества. Большевики патриаршество вернули.
28. Существует вопрос к святости той монархии, по отношению к которой церковь совершила неслыханное предательство, упав ниц перед Временным правительством.

29. Сергей Кургинян: «Вот и я не осмелюсь (продолжать далее - прим.)— во имя того единственного, чем руководствуюсь. Во имя желания жить и работать в едином, целостном, не распадающемся, жизнеспособном государстве российском, желания спасти его в условиях крутого поворота. Может быть, сойдемся на этом в очень непростой для государства момент, который, увы, до крайности близок?»