ШИ @shishkino
ШишКИНО: Когда вы снимали «Тебе конец» и «Гость» почти 15 лет назад - это казалось андерграундом. Кроме вас были лишь Николас Виндинг Рефн, Тай Уэст, Панос Косматос и игра Hotline Miami. Вы практически протащили на своих плечах ретро-манию, которая захватила весь мир и до сих пор держится полноценным трендом. Расскажите о своих впечатлениях: ощутили ли вы разницу в процессе тогда и сейчас в творческом плане и как вообще вы относитесь к тому, что в какой-то мере являетесь одним из отцов современной ретро-поп-культуры?
АДАМ ВИНГАРД: Ну, думаю, вы мне слишком много приписываете, но… [смеется] Да, знаете, в то время, много лет назад, главным ориентиром для меня в том, что касается такого синтвейвового, ретро-стиля, был, пожалуй, «Драйв». Я помню, насколько меня вдохновил этот фильм, когда он вышел, особенно то, как Николас Виндинг Рефн работал с музыкой и вообще использовал её в фильме.
И забавно, что за прошедшие, как вы сказали, пятнадцать лет - господи, не могу поверить, что прошло уже столько времени, - работа в студийной системе, и особенно фильмы о Годзилле, всегда заставляла меня чувствовать себя очень ограниченным. Особенно в том, что касалось стилистики и того, как именно я могу подойти к материалу.
Потому что я обожаю фильмы Джона Карпентера. Его музыка - один из главных источников вдохновения для меня. И все эти годы я буквально ждал возможности вернуться к этому. Поэтому этот фильм для меня действительно стал возвращением к истокам. Я воспринимаю его как третью часть своеобразной трилогии вместе с «Тебе конец!» и «Гостем».
И, мне кажется, интересно вот что: эти фильмы очень точно отражают меня как режиссёра. А моя режиссёрская манера, как ни странно, очень тесно связана с тем, что меня вдохновляло, особенно с фильмами восьмидесятых.
И теперь мне самому интересно, куда я двинусь дальше. Потому что у меня есть ощущение, что какое-то время это будет последний фильм, в котором мои влияния настолько явно лежат на поверхности. Так что мне самому очень интересно посмотреть, каким окажется следующий виток моего стиля.
ШишКИНО: И последний вопрос от меня. Как в проект попал боец UFC Алекс Перерейра, сыгравший роль Мясника?
АДАМ ВИНГАРД: Знаете, я не могу приписать эту идею себе - она исходила от A24. На эту роль они действительно хотели кого-то с таким почти «терминаторским» типажом. Им нужен был человек либо со спортивным прошлым, либо вообще без актёрского опыта, но способный дебютировать в кино. И Алекс довольно быстро стал нашим главным кандидатом - просто потому, что он был самым крутым.
Я очень впечатлился, когда впервые с ним встретился. Кажется, до этого я вообще никогда лично не встречал бойца UFC. И меня по-настоящему поразило, насколько он огромный. Помню, однажды мы фотографировались, и он встал в позу, опустив руки с сжатыми кулаками по бокам. Я подошёл к нему и ради шутки приставил голову к его кулаку, чтобы сфотографироваться рядом. И был просто в шоке. Потому что я никогда в жизни не чувствовал ничего настолько плотного, твёрдого и тяжёлого. Казалось, этот кулак буквально заряжен энергией.
И в тот момент я особенно сильно проникся уважением к тому, чем занимаются эти ребята. Потому что ты смотришь, как они получают удар за ударом, снова и снова, и всё равно продолжают драться. Но могу вас заверить: если бы он хотя бы один раз ударил меня этими руками, я думаю, я бы просто умер. Он и в реальной жизни Мясник.
ШишКИНО: Во-первых, хочу поздравить вас с возвращением в свое поле. В наш любимый жанр. Это было потрясающе. Я лично как зритель и фанат вашего творчество постоянно испытывал постоянное эстетическое удовольствие при виде этих трех машин для убийств. И представлял как вы во время съемок смотрели и каждый раз восторгались "Боже как же круто они выглядят". Да, они именно так и выглядят, по залу чувствовался наэлектризованный воздух в каждой сцене их появления. Спасибо за это и еще раз поздравляю!
АДАМ ВИНГАРД: [смеется] О, спасибо. Поверьте, это целиком мой кайф. Я просто очень долго снимал большие фильмы про монстров. А это всё-таки кино для детей, тогда как меня по природе тянет совсем в другую сторону - к более жёсткому, насильственному материалу. Поэтому большую часть тех восьми лет, что я работал над фильмами о Годзилле, мне пришлось отложить эту сторону своей натуры в сторону. Так что возможность вернуться к жанровому кино - да ещё и в такой совершенно безбашенной форме - стала для меня настоящей отдушиной.
ШишКИНО: Мы привыкли видеть стандартный карьерный путь режиссера в Голливуде: сначала успешное инди-кино, а потом плавный рост в масштабные работы. И обычно режиссеры и их фильмы просто растут от проекта к проекту. Ваш пример совершенно другой. Вы сделали полный круг: от одного из самых огромных фильмов по невероятно большой франшизе о Годзилле и Конге - совершили камбек к тому, с чего начали. Расскажите пожалуйста: для вас это был естественный процесс? Вы запланировали заранее сделать такой круг, или может быть наоборот проект родился случайно?
АДАМ ВИНГАРЛ: В начале карьеры я снял два фильма - «Тебе конец!» и «Гость». Это были очень малобюджетные картины, но именно они дали старт моей карьере. И мне всегда казалось, что именно в этих двух фильмах я наиболее полно выразил себя как режиссёр. Но потом моя карьера пошла совсем в другую сторону, и я начал работать в студийной системе. Впрочем, это тоже было закономерно: ведь фильмы, которые когда-то вдохновили меня стать режиссёром, были именно большими фильмами: «Звёздные войны», «Индиана Джонс», «Чужой», «Терминатор». Мне хотелось подняться по этой лестнице до самого верха и получить возможность снимать настолько масштабное кино, насколько это вообще возможно.
И хотя это приносило огромное удовлетворение, в творческом плане всё же приходилось чем-то жертвовать. Потому что подобные проекты - это, как правило, франшизы. Ты работаешь внутри истории, которую придумал не ты, и, в конечном счёте, как режиссёр, следуешь правилам, уже заданным этой франшизой, в том числе её визуальным и стилистическим канонам.
Когда же я достиг, как мне казалось, самой вершины того, чего мог добиться в студийном кино, сняв подряд два фильма о Годзилле, я оказался в совершенно новой точке своей жизни. У меня как раз родилась дочь. И вдруг я почувствовал, что у меня появилась настоящая история, которую мне действительно хочется рассказать. Мне захотелось вернуться к своим корням.
Наверное, какой-то другой режиссёр на моём месте просто продолжил бы двигаться вверх по этой траектории. Но мне хотелось взять весь тот авторитет и профессиональный капитал, который я накопил за годы работы в студийном кино, и фактически обменять его на полную творческую свободу.
Этот фильм гораздо меньше по масштабу, но так было задумано с самого начала. Мы даже строили его вокруг одной простой идеи: насколько большой и амбициозный фильм мы можем сделать в рамках такого проекта, сохранив при этом полный творческий контроль?
По сути, именно в этом для меня всё и заключалось. Мне хотелось впервые за очень долгое время сделать фильм, в котором я обладал бы абсолютной творческой свободой. И именно это было моей главной целью.
Forwarded from Вольгá про кино