Продолжение
Переправа через Днепр, плацдарм. Штатно в расчете 7 человек, включая командира. Это был первый и последний раз до конца войны, когда расчет был по штату. По штату, этот расчет должен был уверенно и с улыбкой, тащить пулемет, канистру воды, ящик с ЗИП, доп. ствол, 12 коробок с лентами брезентовыми на 250 патронов, плюс ящик патронов "на всякий случай". А случаи то бывали, разные. За потерю коробки с патронами и лентой на марше, вне БД - трибунал. Бросить пулемет, даже неисправный, без приказа - трибунал. Зато в бою про протраченные зип, коробки и прочее - уже точно не спрашивали. В реалиях, в ходе боев и передвижений, тех же лент в коробках, рабочих, могло оставаться 5-6 на пулемет. И тут кто то забивал, а кто то собирал из брошеного вокруг, чтобы в длинном бою в интересный момент не попасть на измену. Итак, переплывают Днепр, начинают работать, прилет минометный, спина и нога в осколках, санбат, поездка в тыл на костыле (нога не ходит).
После госпиталя - далее, те же радости бытия. В расчете обычно 3-4 человека, вводные те же. Итак, чем же они занимаются? Он, как командир расчета, получал при возможности список целей для подавления перед атакой(чаще нет). Его задача - выявление приоритетных целей наблюдением в бинокль и целеуказание и корректировка огня пулемета для подавления цели. Все, что до километра - их зона ответственности в поле. Приоритетны - расчеты пулеметов, тяжелого вооружения, легкая техника (не бронированная), офицеры, корректировщики... отражение контратак, подавление сидящих в траншеях (не всегда возможно, впереди спины своей пехоты), подавление пулеметных точек в дотах, дзотах и т.п. методом заливания амбразуры огнем. Эта задача на практике выполнялась на дистанциях до 800 метров. По трассерам или следам попаданий пуль, командир в бинокль корректировал работу расчета. Добившись попадания очереди в район амбразуры, первый номер зажимал стопоры горизонтальной и вертикальной наводки, которыми и подгонял струю в нужное место, далее - просто долбил очередями в 10-12 патронов до достижения результата или отмены приказа. Кучность зажатого на станке наведенного пулемета на 800 метрах позволяет очередью накрывать примерно, 0.6х0.6 метра, что при определенном расходе дает результат отличный от нуля.
На щиток пулемета он просто молился. Десятки попаданий осколков, пуль, камешков и т.п. от разрывов в щит за один бой. При этом пол расчета за серьезный бой, стабильно в минус.
На вопрос, а как вы тогда таким числом ЭТО ВСЁ таскали то?! Ответ прост - для наступления и поддержания темпа перемещения, расчету придавали до отделения пехоты, в прикрытие и таскать весь хабар. Дуэли с расчетами МГ в чистом поле, с его слов, если они успели развернуться или стоят на позиции, с дистанций свыше 400 метров, были чистым избиением, в одну калитку, если один на один. Вот если немец еще с фланга внезапно навалит - тут печаль. Мины и артиллерия, конечно, совсем печаль. Два из трех ранений за войну, именно от мин. Брезентовые ленты нужно было обслуживать как детей малых - намокла, сушить, пересохла -сбрызгивать водой(иначе могло зажать патроны так, что пулемет ловил задержку). Рвались часто, клепник для лент, сшивать кучки, был самым ходовым инструментом. В бою естественно, прилетало не только в щит, часто пули и осколки попадали в кожух пулемета. Для борьбы с этим, первые два номера и он, таскали в карманах заранее заготовленные деревянные чопики и клинышки, особо кучерявые дыры затыкались пучком шнура, которым наматывали сальники. Крайне нужная вещь, без него, пулемет просто инвалид.
И говорю, чо как на пострелять? Ответ - исправный, залитый водой под пробку, мог зажав клавишу, сожрать 4 ленты подряд. Это на минуточку, 1000 выстрелов непрерывным огнем. К этому моменту, пар пошел в свисток, пулемет булькает как самовар, смотреть капец страшно. Говорю - и че, ждать пока остынет, менять воду?! - зачем?! Просто теперь стреляешь очередями 2-4 патрона, делая паузы(если ситуация позволяет). Отстреляв так где то 1-2 ленты, вода несколько остывает(!!) И можно всадить до железки, еще одну ленту целиком.
Post #2166
19
Forwarded from Скифские заметки. Убежище №8.