#RPPOST
📝 👽🤩🤩🤩🤩 . .♾
Стрим шел уже час. Кэтрин одушевленно болтала с подписчиками, рассказывая всякие истории про пансионат, которые вычитала в интернете.
В коридоре пахнет гнилой древесиной и чем-то приторно-сладким, навязчивым. Кэтрин поправляет налобный фонарик, и луч света скользит по стенам, выхватывая из темноты обрывки детских рисунков, обгоревшие по краям, разбросанные вещи, пышки, мусор. Девушка останавливается перед дверью с номером «5». Та приоткрыта. Она толкает её плечом и дверь поддаётся с протяжным скрипом.
В чате летят сообщения: «не ходи туда», «это жесть», «как интересно!», «Кэтрин, ну нахер». Кэт видит их краем глаза — экран смартфона закреплён на штативе, прикрученном к её рюкзаку. Она улыбается уголком губ, но не комментирует, молча заходя внутрь.
Внутри душно. Пол усеян осколками и щебнем. На стене, прямо напротив входа, висит рисунок, который заставляет её замереть: человечек с большими красными глазами. Нарисовано детской рукой, но с такой пугающей тщательностью, будто это рисовал сам дьявол рукой ребенка.
— Не надо было сюда лезть... именно так вы думаете, да, чат?
Девушка говорит это вполголоса, тон ее дерзкий. Камера в её руке вздрагивает, когда она делает шаг вперёд, чтобы снять рисунок крупным планом. Подписчики в чате начинают писать чаще: «что-то мне не по себе», «уходи», «ВОТ ЭТО КРУТЯК». Она смотрит то в экран, то на рисунок.
Но внезапно под ее ногой прогибается гнилая доска.
Звук ломающейся доски, звон стекла, резкая боль, всё сливается в один мгновенный удар. Нога проваливается в дыру по колено, и острый край чего-то ржавого впивается в голень, Кэтрин не успевает закричать. Камера вылетает из руки и с глухим стуком падает на пол. На несколько секунд воцаряется тишина, только её сбитое дыхание в пустой комнате.
На экране смартфона, оставшегося на штативе, чат взрывается: «ОНА УПАЛА», «ЧТО С НЕЙ», «БЛЯТЬ ЭТО НЕ ШУТКА», «КТО-НИБУДЬ ЗНАЕТ ГДЕ ОНА», «ВЫЗЫВАЙТЕ СЛУЖБУ».
Боль настигает только сейчас. Она вскрикивает и тут же закусывает губу, пытаясь взять себя в руки. Она пытается встать, но нога подкашивается, и она снова оседает на пол. Горячая липкая кровь пропитывает джинсы. Кэтрин смотрит на ногу и видит кусок ржавого металла, торчащий из голени. В голове пустота, такая же, как в этом коридоре.
— Всё хорошо. Всё будет хорошо.
Её голос звучит тонко и испуганно. Она слышит его со стороны, будто кто-то другой говорит эти слова. Внутри воцаряет кто-то другой, уверенный и сильный.
— Заткнись. Просто заткнись.
Голос ниже. Кэтрин резко выдыхает и пытается осмотреться. Камера валяется в двух метрах от неё, экраном вверх, стрим всё ещё идёт. Девушка с трудом дотягивается до смартфона и видит, что она постепенно теряет связь. Стрим обрывается.
— Ну и что теперь? Что ты собралась делать?
Она смотрит на чёрный экран телефона, на « нет сети ».
— Мы не должны были сюда идти. Я говорил.
Голос ломается. Кэтрин сидит в темноте, прижавшись спиной к холодной стене, и смотрит в коридор.
Она закрывает глаза на секунду, открывает и та же темнота, та же боль.
Кэтрин не знает, сколько сможет здесь просидеть. Она не в курсе, как скоро выберется отсюда.