Пезешкиян выступил в ООН.

И началось что-то небывалое. Восторг — причём со всех сторон.

Стоит на трибуне, держит фотографии Шахида Хаменеи и детей, погибших при ударе по школе в Минабе. Говорит: Иран — не террорист, а жертва терроризма. Говорит: голову не склоним, капитуляции не будет. Слабым в этом мире быть нельзя — раздавят. Оборонную систему будем укреплять.

И Иран — буквально весь — в восторге. Даже те, кто ещё вчера требовал его отставки.

«Кейхан» — газета, которая всегда была против переговоров, — выходит с передовицей: «Господин Пезешкиян, браво!». «Тасним», связанное с КСИР, называет речь «демонстрацией сопротивления целой нации». Генералы, которые перед поездкой наставляли его «не улыбайся в Нью-Йорке», теперь наперебой хвалят. Командующий армией: «Господин президент, отлично. Спасибо». Даже ультраконсерваторы пишут: это был суд над Трампом.

Вот что показала эта речь. Сопротивление в Иране — это то, что объединяет народ. Левых, правых, реформаторов, консерваторов, КСИР, парламент, улицу. Всех до одного. Все смотрят одно выступление и говорят: вот это — наше. Вот за это мы стоим. Даже те, кто терпеть не может Пезешкияна, на одно утро стали его поклонниками. Потому что он сказал то, что хочет слышать страна.

А потом — тот же день.

Интервью американским каналам. Fox News, NBC, CBS — неважно. Смысл один и тот же. «Мы не хотим войны». «Санкции нас душат, мы хотим их снять». «Надеемся заключить соглашение с США до промежуточных выборов». «Мы не стремимся к ядерному оружию». «Мы готовы к переговорам». «Решение о прекращении войны — за США». «Готовы обсудить механизмы контроля». «Готовы избавиться от обогащённого урана». «Мы самая открытая страна для инспекций МАГАТЭ».

Оправдание за оправданием. И, как у Пезешкияна обычно и бывает, — весь дух капитуляции во всей красе.

И вот тут начинается самое интересное.

Те же люди, которые несколько часов назад писали ему дифирамбы, начали каяться и удалять посты. А другие на них же и набросились: кем вы вообще восхищались? Вас что, так легко обмануть? Вы не знали, кто он такой? Не понимали, что он в тот же день всё сдаст?

Спор в иранском телеграме и твиттере шёл не о том, прав ли Пезешкиян. Спор шёл о том, кто виноват — он или те, кто ему поверил. Одни обвиняли его в двуличии. Другие — первых в наивности. «Чему вы удивляетесь? Он всегда был таким».

А главное вот что.

В Иране популярно сопротивление. Именно это показала реакция на речь в ООН. Весь народ аплодировал человеку, который сказал «мы не склонимся». Не дипломатии. Не гибкости. Не компромиссу. Сопротивлению.