Конгресс США, предусмотрительно не дожидаясь мидтермов, таки принял долго обсуждавшийся закон уже покойного Линдси Грэма об "адских" санкциях против России, отправив его на подпись Трампу. Хотя название громкое, следует помнить, что основной массив рестрикционного давления на Москву уже был реализован в 2022 и 2023 годах.

Дальнейшие шаги как со стороны американцев, так и европейцев являются лишь штрихами к портрету и не представляют из себя ничего фундамаентального. Однако все же у законопроекта есть ряд положений, которые потенциально могут оказаться чувствительными для российской экономики. Причина в том, что теперь речь идет не столько о новых ограничениях для России самой по себе, сколько о попытке перекрыть ей существующие каналы обхода санкций.

Во-первых, под прицел попадает финансовый сектор РФ: ЦБ, Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк и так далее. Механизм предусматривает возможность давления и на иностранные банки за операции с попавшими под санкции российскими структурами. Это, в общем-то, прямой вызов для БРИКС+ и прочих многополярных форматов, претендующих на дедолларизацию и экономическую суверенизацию в целом.

Во-вторых, законопроект пытается систематизировать борьбу с так называемым "теневым флотом". Предусматриваются не только сами суда, но и их владельцы, операторы, управляющие компании, посредники страховщики и другие лица, сознательно или нет помогающие организовывать стратегически значимые перевозки. В качестве одного из критериев может использоваться и нарушение установленного странами G7 ценового потолка на российскую нефть — то есть если торгуешь с РФ не по условиям Запада, то получаешь санкционной дубиной.

Наконец, вероятно, самое главное, что есть в законопроекте — тарифный инструментарий, так излюбленный нынешней администрацией. До 500% пошлины на российские товары и до 100% потенциально на все товары из стран, которые продолжают закупать российскую нефть или газ либо, по американской оценке, содействуют обходу нефтяных санкций. В последнем случае, конечно, речь идет о Китае и Индии. Таким образом, это уже не столько прямое давление на российский экспорт, сколько попытка заставить третьи страны выбирать между сохранением торговли с Россией и доступом к американскому рынку.

Насколько все это будет реализовываться на практике, кто прогнется, а кто, наоборот, не включит заднюю, какой будет практическая, а не декларативная эффективность предполагаемых ограничений, — все это предстоит узнать на практике. Пока у руля Штатов остается Трамп, как бы ведущий переговорный трек, ожидать максимального задействования новой схемы санкций не стоит. Но один президент, как известно, другому рознь, поэтому закон может вполне стать спящей нормой до времен, когда эскалация будет более актуальной для Вашингтона. И раз ее вообще закладывают, то и эти времена не так уж и далеко...