Еще одна книжка, читанная год назад, правда.

Читаю тут книгу про нейробиологию привязанности («Социальный вид» Мэтью Либермана) и там описывается любопытное наблюдение: когда работу мозга начали изучать с помощью МРТ – стали проводить кучу экспериментов: какие зоны мозга активизируются, если человек делает то или иное: играет на дуде, решает математические задачи, занимается сексом или смотрит ужастик.
И, потихоньку, появлялись разного рода карты активности мозга.

По ходу дела также обнаружилось, что существует и такая система - названная сетью пассивного режима - которая активируется только в то время, когда человек ничем не занят: не пляшет, не поет, не решает задачки, не ругается, не бежит и не печет пирожки.
Вот тут-то эта сеть включается, начинает мигать своими нейронными лампочками и во время ее активности (и деятельностной пассивности) люди начинают задумываться о своих социальных взаимоотношениях и своем месте в них: то есть копал человек картошку и был занят делом, потом остановился передохнуть и в голове его сразу мысли о себе самом, других людях и отношениях с ними.
Или сдавал студен экзамен и как только от вопроса отвлекся – даже на десяток секунд - сразу девушку свою вспомнил. (Или не девушку, но вспомнил).

И вот эта самая сеть пассивного режима существует и активна у людей с младенчества: попытка настроиться, воспринять, понять, занять место в социальном общении в разных его формах – то, чем мозг занят все время, когда не нужно заниматься какой-либо когнитивной или моторной деятельностью.
То есть, человеческая направленность в сторону отношений - это не развлечение от нечего делать, а вполне себе физиологически встроенная системная штука, работающая в фоновом режиме и активизирующаяся, как только не нужно решать какие-то еще выживательные вопросы.

В этом месте становится понятнее, как же так получается, что несчастные дети часто бывают более умными и деятельностными, чем счастливые: чем больше мозг переключается с «отношенческой системы», в которой неполадки, искрит и гаснет, на что-то более понятное, контролируемое и работающее – тем спокойнее ребенку.
Не складывается с отношениями – пусть интеллект работает.

И интересно, и важно, что привязанность и социальные потребности оказываются основаны на вполне явном физическом субстрате и тем самым перестают быть неким абстрактным конструктом, который то ли к сентиментальности, то ли к инфантильности, то ли еще к чему-то «неправильному» легко подверстывается.

Я когда читаю об исследованиях привязанности, каждый раз изумляюсь тому, что эта тема возникла совсем недавно - после второй мировой войны, по сути.
А до этого значение взаимосвязей и взаимозависимости людей в культуре-то отражалось с незапамятных времен, а предметом научного исследования не становилось вообще.
Поразительное дело - «слона-то я и не приметил».
#psy