SP vision:

«Брошенная сверхдержава».

Контекст визита директора ЦРУ в Эр-Рияд, бывшего директора ЦРУ – в Киев, а играющего свою игру президента Франции – в Китай.

Как решение ОПЕК + «сорвало планы Азии на 2023 год» и «направило встречные ветры» в сторону Народного банка Китая, одновременно предоставив уникальный шанс [с учётом нового руководителя Банка Японии].

Какой при этом ветер, «дует в паруса» Ли Цяна, чем Джек Ма год занимался в Японии и к каким решениям он пришёл.

Что можно разглядеть в бэкграунде саудовского министра иностранных дел, встречавшегося в Китае с главой МИД Ирана, у которого «в багаже» почти 20 лет сотрудничества с Касемом Сулеймани (особенно на иракском направлении и включая тот период, когда они могли построить очень перспективные британские связи).

Как «теневые возможности» Франции в Молдове (с учётом позиций в Таджикистане) сочетаются с подобными же возможностями Великобритании, Германии и США. Какие альянсы могли сложиться после утверждения нового премьер-министра Молдовы, которого Илан Шор назвал «королём наркотрафика».

Что можно предположить о характере переговоров в Киеве в начале недели, повнимательнее присмотревшись к одному из участников американской делегации – председателю комитета Палаты представителей по разведке.

Куда планирует поехать губернатор Флориды и как его союзник оказался связан с Саудовской Аравией.

Как кандидат в президенты США от республиканцев Никки Хейли «назначила» Джо Байдена главным виновником фентанилового кризиса и что предложила сделать.

И ключевой актор этого нарратива – Майкл Помпео.

Что нового удалось узнать о нём, использовав SP-методологию.

С каким влиятельным американским кланом он связан помимо семьи Кох (Koch).

Почему его так интересует ПЦУ и на какие турецкие, иранские и китайские сюжеты выводит встречный «интерес к его интересу».

Кто может быть главной украинской ставкой Помпео, раздумывающего о том, в какой момент выдвинуться на выборы (тайминг).

А также:

Как шарада решоринга позволяет американским политикам хвастаться успехом в отделении от Китая и дает корпоративным лидерам шанс продемонстрировать свой патриотизм, в то время как косвенная зависимость Америки от промышленной мощи Китая возрастает.