По совету Ч.Уиллоуби генерал Д.Макартур стал привлекать к работе некоторых японских генералов и ключевых операторов теневого мира
(https://ria.ru/society/20060813/52568541.html ).

В частности, речь шла о Торасиро Кавабэ, который в 1926-1928 годах служил в Риге, изучая советскую деятельность (а это как минимум «таможенное окно», поставки оружия в Германию и вывоз драгоценных камней).
В 1933-1934 годах – Т. Кавабэ был военным атташе в Москве. После чего был отправлен в Квантунскую армию в качестве начальника разведывательного отдела, участвовал в событиях в Монголии.
В 1938 году стал военным атташе в Берлине и Будапеште.
В 1941 году был вызван в Японию и вошел в руководство Главного командования обороны.

Его старший брат - Масакадзу Кавабэ - в 1918-1921 годах был военным атташе в Швейцарии, в 1929-1932 годах– военным атташе в Германии.
С 26 августа 1937 года стал заместителем начальника штаба Северо-Китайского фронта.
15 февраля 1938 года стал начальником штаба Центрально-Китайской экспедиционной армии.

Т.е. братья не только специалисты по СССР и Китаю, но и со связями в Германии и Швейцарии. Все странности «договорной» войны между Гоминьданом и Квантунской армией могут объясняться через деятельность Кавабэ. Фактически они стали продолжателями Фукусимы и Акаси.

Поэтому, когда Ч.Уиллоуби привлекал Т.Кавабэ к сотрудничеству с американской разведкой на советском и китайском направлении, он принимал в расчет и тот «багаж», который был наработан японской разведкой. И вполне вероятно, что это был выход на Л.Берию. Ему могли предложить поддержать Чан Кайши, чтобы затем совместными усилиями подавить позиции Великобритании в колониях. Т.е. речь шла о проекте нового расклада сил в мире. Кроме того, и сам Л.Берия, наверняка, осуществил встречную разработку, начиная с контактов Акаси и Г. Деканози. Поэтому и ему было, что выложить на стол переговоров.