Тарковскому — 90 лет. Про него сегодня много кто уже написал и сказал (Долин, например, выпустил захлебывающийся в сантиментах панегирик). Я для себя понял, что к Тарковскому обстоятельно подойду позже - когда мой внутренний книжный шкаф будет забит до отказа подходящей литературой. Но пока — быстренько пробегу в соседний зал (но к этой экспозиции обязательно вернусь).

Конечно, Андрей Арсеньевич - великий. Важнейший российский режиссер, чей киноязык будут еще долго побуквенно раскладывать и изучать. И, конечно, при этом он снимал чудовищно плохое кино в нашем привычном закостенелом понимании: скучное, растянутое, бессобытийное. Одновременно правы и те, кто его ругает, и те, кто его хвалит - вот такой парадокс.

Если вдруг вы хотите понять Тарковского, его взгляд, на кинематограф, то перед просмотром его картин обязательно нужно прочитать его же статью «Запечатлённое время», которую он написал 65 лет назад для журнала «Искусство кино».

-Время, запечатленное в своих фактических формах и проявлениях, — вот в чем заключается для меня главная идея кинематографа и киноискусства. Эта идея позволяет мне думать о богатстве неиспользованных возможностей кино, о его колоссальном будущем.

Ему претило что кино находится в таких стандартных литературно-драматургических рамках. По сути, тот кинематограф, который мы любим — придаток книг и пьес; он живет по правилам, придуманным тысячи лет назад. Художник Уильям Тернёр мечтал нарисовать солнце так, чтобы оно ослепляло как настоящее - Тарковский мечтал снять всю человеческую жизнь от младенчества до старости и смонтировать из этого полуторачасовое кино. Он мечтал управлять временем — и ему это почти удалось.