Современная цифровая среда как будто одержима культом виктимности. Моральное право теперь принято получать через статус жертвы, а вместе с ним — и право на особую неприкосновенность.
Поскольку жертва в нынешней системе координат — уже не просто человек, которому больно, а своеобразный монополист на правоту. Ее страдание почти мгновенно превращается в общественный капитал и начинает расходиться по цепочке — от самой жертвы к тем, кто ее защищает и жалеет, и чем ближе человек оказывается к чужому страданию, тем как будто больше морального права достается ему самому.
Оттого соцсети с такой пугающей регулярностью и производят мучеников — мертвый или сломленный человек, превращенный в функцию, в плакат для скорби, в аватар самого себя, становится расходным материалом этого почти фабричного производства. Он не станет спорить с теми, кто говорит от его имени, — а если он еще и сидит в тюрьме, то даже не сможет убрать из публикации тег с собственным именем. Мы оказались внутри некрофилической культуры, в которой настоящая жизнь — с ее мучительным поиском истины, ошибками и сомнениями — уступает место безопасному культу распятых символов, а за разговорами о сострадании все чаще проступает холодный расчет.
<…>
Герой фильма Кирилла Серебренникова «Изображая жертву» Валя зарабатывал тем, что ложился на кафель или на сырую землю, изображая убитых во время следственных экспериментов. Работа, надо сказать, не самая сложная: Валя терпеливо лежал, пока следователь с сержантом водили вокруг настоящих убийц, суетились и с чрезвычайно серьезными лицами пытались восстановить картину преступления. В этом выдуманном мире живой человек тоже оказывается расходным материалом. Но стоит ему принять правильную позу и перестать подавать признаки самостоятельной жизни, как он тотчас превращается в главного участника этого балагана.
Идеальная общественная роль — от тебя требуется только лечь и ничего не говорить. Потому что говорить за тебя будут другие.
Так и вся наша публичная жизнь стала напоминать этот бесконечный следственный эксперимент, где человеку все труднее оставаться просто человеком — сомневаться, ошибаться, менять мнение, противоречить своим и не соглашаться с чужими. Либо ты в общем строю — топчешь со всеми ближнего, либо — будь любезен сам лечь на холодный кафель, принять правильную позу, притвориться идеальной жертвой и быть Валей. В первом случае тебе объяснят, кого и за что следует ненавидеть, во втором — как и по кому скорбеть. Главное — чтобы ты не вздумал подняться с пола и не начал задавать лишних вопросов.

Моя колонка про Шлосберга и Ардея.