Вот я провёл мастер-класс по киножурналистике, а самого главного и не сказал, хотя к этой мысли сам пришёл совсем недавно и где-то её ещё кручу-верчу.
Если бы меня попросили (к слову, после встречи этого так никто и не сделал, ну ладно) что-то посоветовать начинающему репортёру, так это как можно больше читать. Вроде бы, всё очевидно — много читаешь, лучше пишешь, совершенствуешь стиль, настраиваешь авторский голос. Но главное, что может дать чтение — не нонфика, а именно художки — это умение видеть красоту в окружающем мире, даже если вокруг, на первый взгляд, нет ничего прекрасного.
Бог, как известно, создал мир за семь дней, в начале появились небо и земля, она же была безвидна и пуста. И вот даже в этой первозданной пустоте, наделённой особенной силой, есть красота — первооткрывательская, чарующая, даже в каком-то смысле азартная, как если бы перед художником стоял пустой холст и вместо того, чтобы ныть и прокрастинировать, творец видел бы в белом полотне будущие смыслы и образы. Как Бог увидел в пустоте самый вечный из возможных смыслов.
Реальность красива по умолчанию, и каждый художник (здесь это понятие — в самом широком смысле) видит её по-своему. Когда мы читаем книгу, мы смотрим на мир глазами автора (и всё равно воспринимаем написанное по-своему), потом берём другую книгу и теперь перед нами новая картина, часто — кардинально другая. И когда мы сменим несколько оптик, подберём собственную, как из разных оттенков вдруг получается совсем новый цвет.
Да, может выйти и так, что тёмных красок окажется больше. Но, цитируя Воланда, как бы выглядел мир, если бы из него исчезли все тени? Необязательно тут же хвататься за розовые очки (мы знаем, куда полетят осколки, в случае чего). Красота может скрываться в жестах, улыбках, смехе, случайных взглядах или в том, как в рыжей листве играет сентябрьское солнце особенно в Переделкине, когда вы идёте мимо дач, а там у кого-то во дворе разноцветные флажки, огонёчки, сторожевая такса и олимпийский мишка на заборе.
Так вот, возвращаясь к журналистике — для репортёра важно писать то, что он видит и чувствует, подключая сенсорные органы чувств и создавая таким образом эффект присутствия. Репортаж, конечно, информационный жанр, делающий журналиста лишь наблюдателем. Но ведь в том, что мы выбирем включить в текст и какие формулировки используем, тоже скрывается оценка, только неочевидная (именно такой, тонкий подход мне в принципе близок — и как автору, и как читателю). Вот такими аккуратными постукиваниями мы и пробъём непроницаемую скорлупу мира, разглядим уютно свернувшуюся красоту — а она живая и светится.
Всё это я хотел сказать выпускающимся студентам, но, по сути, умение видеть красоту нужно всем, особенно, если на земле теней всё-таки больше. Что же спасёт мир, если не красота, в самом деле?
