Почти две недели назад я закончил съемочный период своего фильма в статусе режиссера.
Все это время мне хотелось что-то об этом написать, но мысли никак не складывались — слишком объемны оказались переживания.
Но переживать — не мешки ворочать. Иногда надо и попиздеть! Так что начнем, помолясь.
Обычно, такие рассказы начинаются с фраз вроде “С самого начала я хотел быть режиссером!”.
Но я лично режиссером быть не хотел. С первых дней на площадке в статусе рекламщика эта профессия всегда пугала меня до усрачки.
Пока мы грызли орехи и выдумывали комментарии, режиссеры носились туда-сюда, отдавали команды, шутили, заряжали всех энергией и превращали выдуманные мной слова в ожившие картинки. Демиурги — не иначе!
Конечно, мне тоже хотелось
Формировать свое видение, мотивировать команду, принимать сложные решения в условиях ограниченного времени? Да это страшнее ада вашего Данте — ад Антона!
Так что мои размышления о режиссуре начинались не с “вот бы когда-нибудь…”, а скорее с “блять, никогда!” — я бежал от этой идеи как андалузская собака бежит от бритвы Луиса Бунюэля.
И на режиссерский курс в “Свободное кино” я пошел с твердой уверенностью, что ничего и никогда не буду снимать. Мне просто хотелось углубить свои сценарные навыки за счет понимания сути режиссерской работы.
Ну, а дальше, следите за руками:
“Я не буду снимать кино! Просто сниму несложный этюдик сам с собой…”
“Я не буду снимать кино! Просто сниму этюдик посложнее — с актерами и командой…”
“Я не буду снимать кино! Просто сниму курсовой проект с друзьями…”
“Я не буду снимать кино! Просто попробую написать сценарий короткого метра на диплом….”
“Я не буду снимать кино! Просто сниму тизер чтобы было с чем прийти на выпускной питчинг…”
И, наконец: “Я не буду снимать кино! Просто потрачу все лето на то, чтобы дописать сценарий, найти крутейшую команду, медийных актеров и профинансировать все на свои собственные деньги...”.
И вот в 6 утра 15-го сентября, я оказываюсь в своем личном аду. То есть на съемочной площадке в качестве режиссера, а заодно — сценариста и генерального продюсера.
Вокруг — 33 человека, часть из которых в кино примерно столько же, сколько я живу на свете. И все они от меня чего-то ждут.
Куча машин команды, фургоны камеры, света, грима и актеров. И вершина всего этого безумия — фудтрак с буфетом.
Тут стоит сделать пометку — в фудтраке нет ничего страшного, он есть на любой мало-мальски приличной площадке.
Но я же никогда не собирался снимать кино, а значит и площадки у меня быть не может! И уж тем более приличной.
А тут — на тебе. Ходят люди, задают мне вопросы (и я им даже отвечаю), что-то говорят в рации и берут из этого треклятого буфета бутеброды!
Все как на настоящей площадке. Погодите… А что если это — настоящая площадка!? А я тогда что? Настоящий режиссер?
Честно говоря, ответа я до сих пор не знаю. Всегда можно сказать, что «настоящий» — это тот, у кого есть Кинопоиск, награды, признание индустрии или черт знает что еще.
Но пока хочется просто зафиксировать другое.
Две недели назад я спустился в свой личный ад.
Там действительно стоял фудтрак. А еще — 33 замечательных человека, которые поверили в мою историю и точно так же пришли ни свет ни заря ее снимать.
Походу я что-то перепутал, и вместо ада пошел в землю обетованную, куда стремился всю жизнь.
Впрочем, дорога впереди еще большая, и Красных морей с Египетскими казнями на ней будет предостаточно. Но с первым шагом как говорится “у режиссера было”.
Теперь идем дальше — что у нас там по календарно-постановочному плану?