🐰🐰🐰🐰🐰🐰🐰🐰

Имя:
✨ Полное имя: Конан Эшфорд, мистер Эшфорд.
✨ Псевдоним/прозвище: Лунь (для кузины Ирен).
✨ Прототип персонажа: Келегорм.

Физическое описание:
✨Фанкаст: Чарли Ханнэм. „Николас Никлби“.
✨ Возраст: 20 лет.
✨Пол и ориентация: Мужской. Гетеро( и )сексуален.
✨Рост и телосложение: Со старшим из братьев Конану в росте не сравниться, но Марка перегнал еще в раннем отрочестве. Фигура высокая и крепкая, поджарая. Ритм жизни и увлечения требуют постоянно держать себя в форме, и Конан держит. Он полностью согласен с изречением, приписываемым Сократу: „Для мужчины стыдно состариться, так и не узнав ту красоту и силу, на которые способно его тело“.

Личность:
✨Характер: Зря твердили все вокруг, будто третий сын графа Эшфорда не контролировал себя и не следил за языком. Он каждое слово, шаг каждый на три хода вперед продумывал. То правда, не занимать ему дерзости, то правда, не заботился он о манерах и правилах. Но вовсе не потому, что сдержать не в силах. В силах. Просто нужды не видел.

Пустой труд воспитателей, учителей и родителей, ненужный этикет: Конан рос с уверенностью, что все может себе позволить и за все с честью ответить. Право на почтение перед ним доказывать надобно, просто так кланяться и лебезить не станет. Что ему титул, что ему казна? Конан судил по делам и фактам. С мужчиной и женщиной говорил с одинаковыми манерами. Или их отсутствием. Привык оценивать собеседника по иным качествам, а не по выбору меж юбкой да брюками, не только в обращении, вообще по жизни. Не делал никому поблажек и не возвышал без поводу, снисходительностью одаривая лишь детей малых и стариков. К себе безусловного уважения, да за такие шутки, не ждал и жил без него свободно. Но, если ставил целью, добивался упрямо признания. Звериной верностью. Доблестью первобытной, выше пустого звона кодексов новых. Кривой, но искренней улыбкой, которую раз один увидишь — и жизнь за нее потом отдашь.

Конан видел мир во многом черно-белым, полумер не сознавая. Делил всех вокруг интуитивно на добычу и охотников, себя относя к последним. То, как он будет с человеком говорить, очень и очень зависит от того, в какой касте он его мысленно относит. Стоит выбиться в охотники, коль хочешь дела с ним вести с пользой. И держать в голове, что на охоте Конан Эшфорд не знает ни жалости, ни отдыха.

✨ Сильные и слабые стороны: Вошла в привычку наблюдательность не только к лесу, но и к людям. Конан мастерски считывал чужие чувства, но совсем не понимал, что с ними дальше делать. Харизматичен и твердо убежден, что шутит очень смешно. Упрям и честен, не терпит лицемерия. В самоуверенности своей быстро терял осторожность и хамил, где не следует. Не надменный, но гордый, нахальной манерой речи порой выбешивал собеседника до крика и смеялся в ответ. Умел приглушать полностью все-все чувства и покоряться холодному, безжалостному разуму. Также легко ударялся в жаркий гнев, на эмоции вывести его нетрудно. Азартен, склонен к риску, местами неоправданному.

✨ Фобии и страхи: Страшился потерять всякие человечьи черты и уподобиться зверю лютому, навек из общества выбиться.

Биография: Третий графский сын, обязанный равняться на старших двух. Конану никогда не было по нраву слово это, обязан. Никому и ничего он не обязан. И сам ничего ни от кого не требовал. Так почему не отстанут наконец от мальчишки?

Ребенком он был невыносимым, буйным и самовольным. Не признавал авторитетов, поднимал чуть что крик и бежал прятаться в сад. Постарше став — и в леса за оградой. Конан слишком рано запомнил этот особый оттенок чужих взглядов. Так смотрят на диких зверят. Грязных, глупых и злых. Но был ли зверем он? Маменька говорила, что нет, когда перед сном прочесывала его безнадежно спутанные белокурые волосы. После рук ее нежных волосы мягкие и похожи на тополиный пух. Недолго, правда. Но Конану нравилось.

Братья в выражениях не стеснялись и злились. Конан мстительно прятал по всему поместью бумажки Марка и метко закидывал репей в рыжие волосы, но с того ни пользы, ни улыбки. Конан умел и любил играть один, но когда ты один, потому как остальные с тобой не хотят — другое. Пришлось учиться вести себя так, чтоб не гнали. В какой-то момент даже понравилось. Когда ты человек, ты выше всего зверья в лесу. На любого можешь охотиться, а на тебя никто не может. Приятно.

С Ирен всегда проще было, она тоже охотница. Конан не помнил, когда они дружить стали. Просто всю жизнь считал ее себе равной во всем, говорил, слов не фильтруя, и знал, что поймет и не переспросит. Вместе идти против правил надежнее, не таким дурнем себя видишь. Трудно придумать место в окрестностях Тириона, куда они не пробирались вдвоем, трудно пересчитать ночи, проведенные на конях в чьих-то охотничьих угодьях, пока родители думали, что дети все спят. Смешно, наверное, но при шести родных братом он считал только девчонку из семьи полудяди. Сестрой, верней. Люди имели странную привычку мужчине и женщине давать разные названия и роли, хоть список различий и был очень узок и никак не связан с именно этими ролями. А еще люди шутили и намекали. Всякое. Не терзаясь аристократическим происхождением, Конан набил пару лиц. Замолчали, по крайней мере при нем. Он дорожил дружбой с Ирен, но нечто большее оба считали отвратным, даже после, когда выросли. Опошление равнялось оскорблению, а за оскорбления принято было призывать к ответу. Еще не хватало, чтобы это на репутации Ирен отразилось, ей потом замуж выходить.

Три года, проведенные Конаном в лондонском колледже, стали между друзьями пропастью. Долго он доказывал словом и делом, что не изменил взглядов и нравов, что под опрятной одеждой все тот же бесшабашный и верный мальчишка. Конан по-прежнему готов был рисковать и зваться соучастником во всех опасных глупостях.

Авантюры крупней стали. Уже не в сад мэра за яблоками бегали. Конан сдружился с лордом Хантером и не пропускал ни одной встречи его мужского клуба. Когда суета и время суток позволяли, таскал с собой кузину — в его одежде и под именем чужим. Рисковали, очень рисковали. Но разве не стоила того гулкая первобытная радость удачной охоты, разделенная на двоих?

В двадцать лет Конан Эшфорд считал себя взрослым. Помимо взрослых развлечений взял на себя ответственность и проблемы. Статус младшего сына позволял заняться бизнесом. Сперва с помощью отца и его связей, потом полностью сам. Конан с детства думал об оружейном деле. Теперь договаривался с крупными торговыми домами столицы. На дульнозарядном штуцере, с которым ездил охотиться, красовалось „К.Э.“, выгравированное на заводе. Дорогое ружье, качественное. С оптическим прицелом, новинкой, о которой услышал в Лондоне и за которую всерьез взялся. Он не только мечтал, чтобы на всем оружии лордов Тириона угадывались эти буквы, он заглядывался на Ост-Индскую компанию.

Не все гладко шло, проблем хватало. Далеко не все провалы и убытки могли исправить влияние и кошелек отца. Конан уставал и срывался, становясь особенно невыносимым. С Ирен поговорить нормально можно было только неофициально на бегу, да и не до того там. Не хотел ее проблемами своими грузить. Зачастил в бордель. Не спал там, нет, считал это редкой низостью. С его положением и харизмой сто раз по любви можно, уж точно не так. Просто выговаривался, изредка сплетничал или молча смотрел в потолок, пока перебирали ему волосы и разминали затекшие плечи. Платил щедро, обращался вежливо. Пару раз помогал ставить на место зазнавшихся мразей, убежденных, что деньги позволяют им не быть людьми. Быстро стал одним из любимых клиентов.

Маменька в ужасе была, как узнала. Конан не стал ничего объяснять и оправдываться, хотя мог. Какой уж спрос со зверя хищного, не так ли?

О том, какой шум поднялся бы, всплыви правда о личности загадочного друга с колледжа, Генри Хэнора, в компании которого Конан Эшфорд посещал Дом удовольствий, они с Ирен старались не думать. Как старший и ответственный, взял бы всю вину на себя, но репутация леди была бы уничтожена безвозвратно. Конан не говорил об этом никому, даже ей самой, но готов был бы при необходимости жениться на дочери полудяди, навсегда лишившись шанса на брак по любви и романтику в жизни, кроме пресловутого борделя, который по назначению все равно не использовался.