Диего сидел на краю Астрономической башни, безразлично свесив ноги над зияющей пропастью. Последние дни мысли его путались и извивались, подкидывая сознанию хаотичные образы и постепенно сводя с ума: Ольга, её руки, беззаботный смех, глаза её матери, угрожающая усмешка Беллатриссы, шипящий клубок змей, капля пота на виске Драко, сжатые губы Мелиссы, крик бьющегося в агонии тела. Картель зажал уши ладонями и свесил голову на грудь. Ветер, рвущий волосы и одежду частыми порывами, словно выдувал из головы все безумные образы и воспоминания, очищал и даровал покой. Он, Диего, ни в чём не виноват. Он не убийца.
– Эй, – окрикнул его женский голос. Диего дёрнул плечом, давая понять, что не настроен на разговор. Собеседницу нисколько не смутил этот жест, и она села на корточки за спиной, обнимая брата за плечи. – Я тебя везде ищу. Хотела с тобой поговорить.
– Чего тебе? – пробурчал Диего и поднялся на ноги, опираясь рукой на колонну. – Каролина, я сейчас не хочу говорить.
– Я просто хотела поделиться с тобой одной новостью, – девушка встала следом, изучающим взглядом скользнув по фигуре брата. Что-то в нём очевидно переломилось, – и сказать, что я понимаю твоё горе. Ольга близка тебе, несмотря на то что вы расстались, и потеря члена её семьи…
– Да плевать я хотел на её семью, Каролина! – выплюнул Диего, начиная злиться. – Говори, зачем пришла, и проваливай.
Картель-младшая зябко передёрнула плечами. Брат редко сердился на неё, и в такие моменты он действительно внушал страх. В душе теплилась надежда, что озвученная новость его немного успокоит.
– Я хотела сказать, что собираюсь вступить в Орден. Зашла повидать тебя перед разговором с Феликсом.
На Астрономической башне повисла гробовая тишина; ветер завывал снаружи, где-то вдалеке слышались раскаты грома. Надвигалась гроза.
– Вступить куда? – с каким-то опасным спокойствием спросил Диего. В голове будто что-то взорвалось, и пульсирующая боль отдавала в виски. – Каролина, ты идиотка? Зачем ты лезешь туда, где не разбираешься?
– Не злись. Я долго думала над тем, как мне лучше поступить, и решила, что так будет лучше для всех. Ты определялся со стороной? – девушка пыталась держаться стойко, но психическое состояние брата здорово её пугало. Его словно несколько лет держали в Азкабане и сегодня был его первый день на воле.
– Каролина, я прошу тебя, не лезь в это. Ты совершаешь ошибку.
– Диего, ты пугаешь меня. Я пойду к Феликсу и скажу, что хочу вступить.
– Никуда ты не пойдёшь! – крикнул Диего. В этот момент прозвучал особо сильный раскат грома, и Каролина испуганно зажмурилась, рефлекторно вытаскивая палочку и наставляя ее прямо на грудь брата. Она не думала ни о чём – лишь что она не хочет, чтобы он приближался.
Картель горько усмехнулся, глядя на дрожащую руку сестры. Он не ожидал, что она когда-нибудь осмелится пойти ему наперекор и направить оружие. Свою палочку он оставил в спальне, поэтому, недолго думая, схватил её за руку, выворачивая запястье. Каролина закричала от боли, пытаясь вывернуться.
– Не глупи. Отдай мне палочку и иди в свою комнату!
– Ты такой же как отец! Тебе плевать на мои чувства и мой выбор! Я сама могу решить, как будет лучше, ясно? – вопила сестра, свободной рукой пытаясь освободиться из его стальной хватки.
«Такой же как отец» резануло по ушам и, казалось, ещё больше разозлило Диего. Сестра откинулась назад, и он резко разжал руку. Видимо, надеялся, что она просто упадёт на пол и будет в состоянии слушать и понимать. Но что-то пошло не по плану.
Каролина, которая буквально висела на руке брата, резко потеряла точку опоры. Её потянуло назад, она попыталась поймать равновесие и устоять, запнулась о тонкий каменный бордюр на краю обрыва и с жутким криком рухнула вниз. Диего бросился к ней, но было уже поздно. На его глазах сине-чёрный силуэт уменьшался, превращаясь в совсем уж игрушечный, прежде чем ударился о землю и замер в неестественной переломанной позе. Это конец.
