— Я не путал. Я экспериментировал.

— Ты чихал три дня, — сказала Кейра.

— Я... выражал недовольство составом воздуха, — парировал кот.

— Звучит как чихание, — уточнил Зейн.

— Теперь ты против меня, да? — настаивал Киф.

Допивая чай, Зейн посмотрел на смеющуюся Кейру, на строгую, но добрую Тару, на ворчливого и бурчащего Кифа, и почувствовал, как что-то теплое разливается в его груди. То, чего он не чувствовал очень давно и что считал недостижимым. Говорить об этом он тоже не стал. Слишком ново, слишком странно. Лишь искоса смотрел на Кейру, расслабляясь и мирно вздыхая. Киф заметил его переглядки, но заострять внимания не стал, лишь дернул хвостом, мурча от тепла и уюта.

После ужина Тара поднялась из-за стола, зевая.

— Я спать, не шумите. Завтра можно отдохнуть.

Она ушла в свою комнату. Киф потянулся, выгнул спину дугой, и вслед за ней побежал к ее двери, мяукнув на прощание.

Кейра тоже поднялась.

— Мне тоже пора. Глаза уже закрываются сами собой.

Зейн встал и последовал за ней к двери ее спальни, словно это было самым естественным действием в мире. Кейра остановилась перед дверью и повернулась к нему. Зейн остановился только когда почти столкнулся с ней.

— Что ты делаешь? — спросила Кейра тихо.

Зейн опомнился, моргнул, огляделся и понял, что стоит прямо у ее порога. Легкое смущение, редкое для него чувство, окатило его волной, но он быстро скрыл его за привычной маской.

— Провожал, — сказал он, пожав плечами. — Вдруг там монстры под кроватью. Киф, например, решил переехать.

Кейра улыбнулась, но ее щеки покраснели.

— Спасибо, — сказала она. — Но я думаю, справлюсь.

— Ну, если что, кричи, — Зейн развернулся, чтобы уйти. — Спокойной ночи, совушка.

Он сделал шаг назад, но Кейра остановила его.

— Зейн... — она замялась, теребя край рукава. — Ты... можешь остаться, если хочешь.

Зейн замер. Он медленно повернулся к ней.

— В комнате? — переспросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Да, — Кейра быстро заговорила, боясь, что он откажется. — Там теплее. У камина в гостиной сквозняк. А у меня... у меня есть еще одно одеяло и немного места. — добавила она быстро. — Просто... так будет спокойнее.

Зейн заметил, как бьется жилка на ее шее. Ему хотелось согласиться. Боги, как хотелось. Но себя он знал лучше и сильнее.

— Нет, — мягко сказал он. — Спасибо, Кейра. Но нет.

Она опустила глаза, легкое разочарование мелькнуло на ее лице.

— Не хочу смущать. — продолжил Зейн тише.

Кейра подняла на него взгляд, а Зейну стало трудно дышать от отблеска в ее глазах.

— Ты делаешь это в последнее время и без своего желания, — тихо сказала она.

Зейн не сразу понял и лишь моргнул.

— Чего?

Кейра улыбнулась, грустно и тепло одновременно, и шагнула в комнату, закрыв дверь перед ним. Мягкий щелчок замка прозвучал звонко в тишине коридора. Зейн остался стоять перед закрытой дверью и поднял руку, будто хотел постучать, окликнуть ее, сказать что-то, но все же опустил. Еще с минуту он слушал тишину за дверью, пока уголки его губ не дрогнули.

— Чертова ведьма…, — прошептал он себе под нос.

Развернувшись, он побрел обратно в гостиную и устроился возле камина на своем лежбище. Огонь догорал, бросая тени на стены и Зейн закрыл глаза. Впервые за долгое время, лежа в одиночестве, он не чувствовал холода и даже сквозняк от окна не мешал чувствовать тепло, которое осталось в его груди.