😊😊

Уже не такие густые, как в начале зари, тени постепенно сгущались вокруг Зейна, когда он приблизился к опушке леса, где среди видавших древние виды и покрытых мхом деревьев надежно скрывалось ведьменское убежище. Стоило начинать привыкать к месту, ставшему его якорем в мире живых по договору. Странное, почти физическое притяжение к этой земле наполняли рассудок — невидимые нити магии тянулись к нему отовсюду, как будто признавали в нем своего, хотя душа все еще несла печать проклятия.

Едва нога коснулась поляны, усыпанную опавшей хвоей и мертвыми от власти зимы листьями, как воздух вокруг него сгустился, стал вязким и тяжелым, как болотная трясина, готовая поглотить путника. Потеря бдительности вопреки гудящему напряжению внутри дала пробоину. Магические путы вырвались из земли. Тонкие и сияющие нити чистой силы в мгновение ока обвились вокруг его запястий, лодыжек и шеи живыми лентами с холодным, зимним, северным ветром, несущим дыхание самой смерти. Путы неустанно жгли кожу морозом, словно раскаленное железо из кузницы Гоибниу. Зейн было дернулся в сторону, но путы лишь стянулись сильнее, заставляя его опуститься на колени на уже промерзлую землю. Магия проникла под кожу, впиваясь в мышцы и достигая самых костей. Его душу яростно выворачивали наизнанку, вытаскивая наружу все темные секреты и скрытые намерения. По крайней мере так это ощущалось.

Тара не стала скрываться, подходя почти вплотную к парню. В ее взгляде не было ни капли сестринской мягкости Кейры, лишь холодная и расчетливая жестокость опытной ведьмы, готовой на все ради защиты сестры. Киф сидел поодаль с настороженными ушами и готовый в любой миг превратиться из пушистого зверька в демоническую тварь. Не став ждать утра, он поведал Таре о том, что произошло: и о появлении Зейна на пороге Вечных Земель, и о договоре с Кейрой и об их возвращении из мира мертвых.

Тара не произнесла ни слова, лишь взмахнула рукой, и магические путы вспыхнули ярче, врезаясь в плоть Зейна.

— Почему согласился на договор с моей сестрой? — спросила Тара тихим голосом. Каждый звук резал воздух и слух Зейна лезвием заточенного клинка.

Она медленно обошла Зейна по кругу, стягивая путы с каждым шагом все сильнее. Зейн стиснул зубы, чувствуя, как магия впивается в него и терзает. Взгляд и поведение Тары было легко прочесть: пытается выяснить его истинные намерения, и любой неверный ответ может стать последним, но она не убьет его сразу, пока не узнает всего.

— Твой зов был слишком слабым, чтобы я ответил на него случайно, — произнес Зейн, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на боль, что пронзала его тело. — Но ее я почувствовал. Связь, если тебе так угодно. И пришел. Разве не так работают ваши договоры?

Тара остановилась перед ним, сузив до щелочек глаза.

— Договоры работают, когда обе стороны честны, а ты… от тебя за мили веет враньем. Существо из теней и лжи и не более.

Она сжала пальцы в кулак, и путы вспыхнули холодным белым пламенем потустороннего мира, что не жжет плоть в прямом смысле, но терзает душу, расщепляя ее на мельчайшие лоскуты сущности. Зейн задохнулся от боли — магия Тары проникала глубже, под кожу, в кости, в самый центр, выворачивая его наизнанку, заставляя вспоминать все свои грехи. Именно в этот миг из дома выбежала Кейра.

— Тара, стой! — голос Кейры дрожал от страха и истерики. Девушка босиком ковыляла по снегу, темные волосы растрепались, а в широко раскрытых зеленых глазах плескался ужас от неожиданной боли. — Прекрати, умоляю!

Тара не слушала, воспринимая возглас сестры за наивную попытку защитить того, кого не следовало. Лишь сильнее сжала кулак, заставляя путы впиваться в тело Зейна еще глубже, оставляя на видимых участках кожи багровые следы. Кейра схватилась за шею, а ее лицо исказила гримаса боли. Упав на колени, девушка начала задыхаться, словно невидимые руки вместо ее собственных сжимали ее горло, желая увидеть погасший свет жизни во взгляде.

— Сестра... пожалуйста... — прошептала она с наполнившимися от слез глазами. — Больно... мне больно...

Тара наконец обернулась и увидела, как от боли Кейра почти слегла всем телом.