Она мечтала работать с NSG-SGM3 мышами.

Я с самого начала своего научного пути читала много статей. Вообще, читая первую в жизни научную статью, я очень испугалась, так как ничего не поняла. Так же было и со второй и с третьей. Только после прочтения еще 20-30 и загугливания каждого слова дело пошло в гору. И как некоторые из вас знают, я уже с 2016 года занимаюсь острым миелоидным лейкозом. Меня всегда интересовали трансляционные исследования, и когда я, будучи аспирантом, читала статьи больших ученых, я видела, что они используют NSG мышей. Потом на горизонте появились гуманизированные NSG-SGM3 мыши, которые больше подходят для трасплантации бластных клеток от пациентов с острым лейкозом. Я работала с клеточными линиями, которых было в целом не так мало. Но хотелось большего, а именно валидировать результаты на клетках пациентов. Доступа к ним у нас не было, как и самой кухни. Чего уж говорить, я не знала, как «фиколить» до 2022 года, да и вакцины от гепатита у меня не было, так что в целом хорошо, что никакие клетки не обученной мне не достались.
В моем мире розовых ученых, я колола клетки пациентов в пушистых мышей и все на свете валидировала. Мышей нужно было бы заказывать из JAX и держать в специальном виварии, а еще было бы неплохо где-то научиться с ними правильно работать и где-то брать деньги на такие вещи. В общем и целом, диссертация моя построена на клеточных линиях и анализе общедоступных баз данных пациентов, а теперь я могу заказать мышь из JAX, она приедет через 4 дня, и я даже знаю, что и куда колоть, как это выделять и анализировать.