В этой связи она уже раньше – безрезультатно – перенесла малую урологическую операцию. Её мать, которая целыми днями находилась в отделении рядом со своим ребенком, производила впечатление преданного и заботливого родителя. В ходе детального разбирательства обнаружилось, что кровь в моче ребенка была не человеческой, а говяжьей. В ходе постепенной конфронтации мать призналась, что она приносила из дому жидкость, отжатую из сырого мяса, и добавляла ее в мочу девочки, когда сажала её на горшок. Она не могла объяснить, почему действовала таким образом.

Случай 2. Женщина 28 лет, вовлеченная в очень конфликтный бракоразводный процесс, ежедневно навещала в больнице своего однолетнего сына. Мальчик был помещен в больницу из-за нарушений питания и отставания в росте. Персонал застал мать, когда она с помощью шприца вводила в шланг капельницы небольшое количество алкоголя. Она призналась, что делала это уже несколько раз, и вследствие этого ребенок оставался необъяснимо больным. В качестве причины она назвала свое желание, чтобы ребенка после развода отдали ей, и поэтому она изо всех сил демонстрировала, какая она хорошая мать и ежедневно навещала ребенка в больнице.

Если СМП совершается в условиях полной семьи, другие ее члены, в том числе и отец, зачастую не принимают активного участия в совершении насилия над ребенком. Отец, как правило, отстраняется от непосредственной заботы о ребенке еще до возникновения СМП. В другом варианте пассивная позиция отца проявляется в отсутствии у него подозрений о реально происходящих в семье событиях и полной и всесторонней поддержке матери в ее манипуляциях ребенком. Правильность поведения матери сомнению не подвергается.

Матери с СМП обладают большой силой убеждения. Ребенку старшего возраста, способному распознать вред наносимых ему действий, внушается мысль, что он болен некой таинственной болезнью и нуждается именно в том способе «лечения», который и осуществляется. Жертв СМП заставляют подтверждать в контактах другими людьми и, прежде всего, с медицинскими работниками, именно ту информацию о болезни, которая выгодна матери. Дети боятся противоречить матери, во-первых, из-за страха утраты эмоциональных отношений с ней, а во-вторых, из-за убежденности, что взрослые им не поверят, и в дальнейшем мать отомстит за «предательство». При угрозе разоблачения мать может попытаться возложить вину на кого-нибудь из членов медицинского персонала.

Заключение

Несмотря на сложность выявления, синдром Мюнхгаузена встречается примерно у 1,3% всех госпитализированных пациентов. Альтернативный вариант синдрома Мюнхгаузена-Прокси составляет примерно 0,04% случаев жестокого обращения с детьми. Несмотря на свою редкость, оба состояния являются предвестниками значительной заболеваемости и смертности. Независимо от того, причиняется ли вред самому себе или другому человеку, эти синдромы представляют собой формы жестокого обращения с долгосрочными психическими последствиями.

Синдром Мюнхгаузена и синдром Мюнхгаузена-Прокси (СМП) часто не выявляются и не диагностируются врачами и другими медицинскими работниками. Отсутствие идентификации может привести к проведению множества ненужных лабораторных исследований и процедур, которые могут продлить госпитализацию и увеличить расходы систем здравоохранения.

Теги:
#медицина
#психиатрия
#пост

Оригинал

Источники:
1. Abeln B, Love R. An Overview of Munchausen Syndrome and Munchausen Syndrome by Proxy. Nurs Clin North Am. 2018 Sep;53(3):375-384. doi: 10.1016/j.cnur.2018.04.005. PMID: 30100003.
2. Дмитриева Н.В., Короленко Ц.П., and Козырева Т.С. "Психологические особенности лиц с синдромом Мюнхгаузена" Мир науки, культуры, образования, no. 3 (40), 2013, pp. 184-187
3.Folks DG. Munchausen's syndrome and other factitious disorders. Neurol Clin. 1995 May;13(2):267-81. PMID: 7643825.