Сбор информации, западные кураторы и грузинский интерес
 
Ключевой риск деятельности международных НПО в Абхазии — это не только финансирование извне, но и возможное использование гуманитарных проектов как канала сбора информации.
 
Европейский Союз давно реализует в отношении Абхазии стратегию «вовлечения без признания». На практике это означает: Абхазию не признают субъектом международной политики, но активно заходят в неё через гражданское общество, гранты, НПО, молодёжные программы, экспертные диалоги и гуманитарные инициативы.
 
Иными словами, если нельзя работать напрямую с государством — работают через общество.
 
Именно здесь международные НПО получают особую роль. Они становятся не просто исполнителями проектов, а посредниками между населением Абхазии и внешними политическими центрами. Через них собирается информация, которая затем может попадать в европейские доклады, международные отчёты и политические документы.
 
Абхазские власти уже выражали обеспокоенность подобными процессами. В 2021 году МИД Абхазии подчёркивал, что проекты, затрагивающие внутриполитические вопросы и налаживание отношений с Грузией, являются недопустимыми без согласования с государственными структурами. Отдельно указывалось, что согласно закону «О статистической деятельности в Республике Абхазия», социологические опросы могут проводиться только государственными органами либо при координации с Государственным комитетом по статистике.
 
Особенно показателен случай с проектом COBERM, который был направлен на установление прямого диалога между абхазами и грузинами на уровне экспертов и молодёжи. В 2021 году МИД Абхазии запретил реализацию этого проекта. Тогда министр иностранных дел Инал Ардзинба прямо заявил, что подобные инициативы недопустимы на территории Абхазии.
 
Служба государственной безопасности Абхазии также сообщала о случаях, когда отдельные сотрудники международных организаций занимались сбором разведывательной информации. Кроме того, поднимался вопрос об использовании технических устройств для сбора данных.
 
На этом фоне вызывает внимание и позиция грузинской стороны. В декабре 2022 года член Временной комиссии по территориальной целостности и деоккупации парламента Грузии Хатия Цилосани встретилась со страновым директором DRC Винсентом Донто. Официальной целью встречи было получение информации о проектах, реализуемых в пострадавших от конфликта регионах при поддержке международных партнёров.
 
Формулировка кажется нейтральной. Но если смотреть шире, возникает закономерный вопрос: почему грузинский парламент интересуется проектами, реализуемыми в Абхазии, если речь идёт только о гуманитарной помощи?
 
Скрытая логика здесь очевидна: информация из Абхазии нужна не только благотворителям. Она нужна политическим структурам Грузии, западным дипломатическим кругам и аналитическим центрам, которые формируют повестку вокруг Абхазии на международных площадках.
 
Через отчёты НПО можно продвигать нужную картину:
 
- Абхазия как «проблемная территория»;
- население как «изолированное и нуждающееся в вовлечении»;
- Грузия как «естественный гуманитарный и политический партнёр»;
- Запад как «миротворец и посредник»;
- Россия как «мешающий фактор».
 
Так формируется не просто отчётность. Формируется политический нарратив.
 
Отдельную тревогу вызывает кадровый вопрос. В общественном поле распространялись данные о том, что значительная часть сотрудников, работающих в подобных структурах, имеет грузинское гражданство или связана с грузинским правовым полем.
 
Если организация работает в Абхазии, то государство должно понимать:
 
- кто именно работает с населением;
- какие данные собираются;
- куда они передаются;
- кто утверждает проекты;
- кто контролирует финансирование;
- какие политические установки транслируются под видом гуманитарной работы.
 
Западные НПО могут выступать не только как благотворители, но и как инструменты внешнего управления информацией. Если Абхазия не контролирует этот процесс, за неё будут писать доклады другие — в Тбилиси, Брюсселе, Вашингтоне и Лондоне.