Хван Йеджи — девушка, которая не ощущала ничего, но как только принимала запрещённые вещества, начинала вновь будто жить. Точнее, ощущение, что она жива. Она перестала быть человеком и чувствовать всё. Стала бездушным роботом, у которого в механизме был прикручен сюжет. Поесть, поспать, принять дозировку веществ. Она понимала и знала прекрасно, что это её губит, но ничего с этим поделать не могла.

Шин Рюджин — подруга, которая дала Йеджи ощутить себя человеком, находясь рядом с ней всё время и без остановки. Она помогла Хван всем, чем только могла. И в один из дней, видя, как младшая вновь себя убивает, она не выдержала и приняла решение помочь той избавиться раз и навсегда от зависимости. Говорят, что бывших наркоманов не бывает, но данная история закручивается совсем иначе, давая показать обратную сторону. Шин долгое время таскала её по больницам и санаториям, выслушивая очередные слова. «Мне это нахуй не сдалось, отпусти». Но когда Йеджи находилась с ней рядом, она чувствовала себя живой. Рюджин чувствовала и очень хорошо.

20 марта 2026 года этот день изменил девушку до и после. День начинался у Хван как обычно, но в моменте ворвалась Рюджин и начала тупо вбивать ей мозги, что больше продолжаться так не может. Обе девушки мигом поехали в больницу. Точнее, Шин тащила её буквально в медицинское учреждение. Врачи сказали, что курс терапии будет долгим и мучительным, так как стадия зависимости была высокой. Шин понимала, на что идёт, и всё же подписала нужные бумаги.

Младшую отправили в санаторий, в котором она пролежала больше двух месяцев. Там она с самого начала кричала и билась головой, пытаясь справиться с ломкой. Врачи давали ей успокоительные и снотворное, дабы девушка не так сильно буянила. Через время ей становилось всё легче.

Пришло время выписываться, и в тот день Шин решила ей признаться в любви. Она приехала рано утром, ещё до того, как Йеджи успела проснуться. В руках у неё был букет полевых цветов, который она сжимала так сильно, что пальцы побелели. Когда Хван открыла глаза, она увидела Рюджин, стоящую у окна, и на мгновение ей показалось, что это сон.

— Ты как? — тихо спросила Шин, подходя ближе.

— Нормально, — ответила Йеджи, чувствуя, как привычная пустота пытается вернуться, но что-то мешало ей. Что-то тёплое и живое.

Рюджин села на край кровати и взяла её руку в свои. Её голос дрогнул, когда она заговорила:

— Я не знаю, как сказать это правильно, но я пыталась сделать тебя счастливой всё это время. Я видела, как ты умираешь, и не могла смотреть на это. Я люблю тебя, Йеджи. Не как подругу. По-другому. Я хочу быть рядом с тобой всегда. Даже если ты снова сорвёшься, я буду рядом. Потому что ты моя жизнь.

Хван замерла, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло. Она не знала, что ответить, но слёзы, которые она так долго сдерживала, наконец потекли по её щекам. Впервые за долгое время она чувствовала не пустоту, а тепло, которое шло не от наркотиков, а от человека.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала Йеджи, сжимая руку Рюджин. — Спасибо, что не бросила меня. Спасибо, что осталась.

В тот день они обе обрели счастье, что теперь у них есть не только прошлое, но и будущее. Вместе.