@Satoshylas_bot
🇲🇩🇬🇷:Упасть в нужные руки, пятая часть
Автобус остановился в районе, который пах морем, цветами и жареным хлебом. Акилас выпрыгнул наружу, едва двери открылись, и замахал руками:
— Ну же, Сабажук! Мы почти на месте! Мама уже, наверное, сто раз выглянула в окно.
Влад спустился следом, поправил хвост и огляделся. Узкие улочки, увитые плющом балконы, пожилые женщины в цветастых платках, сидящие у подъездов. Всё выглядело по-домашнему, по-живому, без туристического лоска.
— Красиво у тебя тут, — сказал он, догоняя Акиласа.
— Да, — Акилас вдруг притих и улыбнулся мягко. — Это лучшее место на земле. Потому что там ждут.
Он схватил Влада за руку и потащил в подъезд старого дома. Лифта не было, пришлось подниматься пешком на третий этаж. Акилас летел по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и кричал:
— Маааама! Я привёл его!
Дверь открылась раньше, чем они подошли. На пороге стояла невысокая женщина с тёплыми карими глазами (точь-в-точь как у Акиласа) и седыми прядями в светлых волосах. Она была в переднике, испачканном мукой, и держала в руках деревянную лопатку.
— Боже мой, — выдохнула она, глядя на Влада. — Ты такой же, как он говорил. С хвостом! — Она отложила лопатку и шагнула вперёд, широко раскрывая объятия. — Иди сюда, молдавский мальчик!
Влад не успел опомниться, как его уже прижали к себе. Крепко, по-матерински, пахло выпечкой и розовым маслом. Он на мгновение растерялся, а потом обнял в ответ и улыбнулся.
— Здравствуйте, — сказал он чуть хрипло. — Спасибо, что пригласили.
— Пригласила? — Она отстранилась, взяла его лицо в ладони и внимательно посмотрела в глаза. — Дорогой мой, я не приглашала. Я ждала. Это разные вещи.
Акилас стоял рядом, сияя, как начищенный самовар.
— Ну, мама, хватит его мучать! — Он мягко оттеснил её и втащил Влада в квартиру. — Он голодный! Мы с утра только кофе пили!
Квартира оказалась маленькой, но уютной. Старый деревянный стол, вышитые салфетки, горшки с базиликом на подоконнике. И повсюду — фотографии Акиласа: маленького, в школьной форме, с гитарой, на сцене.
— Садись, садись! — хлопотала мама, пододвигая стул к столу. — Я сейчас всё принесу. Акил, помоги!
Акилас подмигнул Владу и скрылся за кухонной дверью. Оставшись в гостиной один, Влад прошёлся вдоль стены, рассматривая снимки. Вот Акилас лет семи, с выбитыми передними зубами и смешными очками. Вот он подросток с серьёзным лицом. Вот он на своём первом концерте — такой же яркий, такой же улыбчивый.
— Я был ужасно нелепый, да?
Влад обернулся. Акилас стоял в дверях с тарелкой оливок в руках, слегка смущённый.
— Нелепый? — Влад усмехнулся и указал на фото с беззубым мальчишкой. — А мне нравится. Ты даже тогда был собой.
Акилас подошёл ближе, заглянул через плечо и вдруг тихо сказал:
— Знаешь, никто никогда не говорил мне, что я «был собой». Обычно говорят: «Ты был странным» или «Ты был слишком громким». — Он помолчал и добавил почти шёпотом: — Спасибо.
Прежде чем Влад успел ответить, мама Акиласа выплыла из кухни с огромным пирогом. Он источал аромат корицы, яблок и ещё чего-то неуловимого, домашнего.
— Ешьте, мальчики! — скомандовала она, ставя пирог на стол. — Влад, попробуй. Это семейный рецепт, я даже Акиласу не всегда даю.
— Потому что я его сжигал! — вставил Акилас, садясь рядом с Владом.
Они ели пирог, запивая его мятным чаем, пока мама рассказывала истории о маленьком Акиласе: как он сбегал с уроков, чтобы петь на площади, как принёс домой бездомного котёнка (и спрятал в шкафу, чтобы не унесли на улицу), как влюбился в первый раз в двенадцать лет и плакал три дня.
— Теперь он, наверное, будет плакать три дня, когда ты уедешь, — неожиданно сказала она, глядя на Влада.
Акилас поперхнулся чаем. Влад замер.
— Мама!
— Что? — Она пожала плечами и улыбнулась. — Я вижу, как он на тебя смотрит, Влад. Он таким спокойным не был никогда. Ты ему нужен. — Она вдруг стала серьёзной. — Но если ты сделаешь ему больно, я, конечно, расстроюсь. И, возможно, перестану печь пироги.
Влад перевёл взгляд на Акиласа. Тот смотрел в чашку, но уши его заметно порозовели.