@Satoshylas_bot
🇲🇩🇬🇷:Йоуууу это снова Маша фудкортница пришла писать вам новый фанфик по Сатошиласам
Афинское метро гудело привычным ритмом мегаполиса: смесь голосов, эхо шагов и далёкое шипение поездов. Влад Сабажук, он же Сатоши, поправил хвост чёрных волос и окинул взглядом переход. Кобальтово-синий спортивный костюм с пайетками на плечах выделялся на фоне серых стен, а цифра 373 на футболке блеснула под неоновой лампой.
Он только вчера прилетел в Грецию. Никаких концертов, никаких обязательств — просто отдых и, возможно, немного вдохновения. Евровидение 2026 осталось позади. Его «Viva, Moldova!» тогда зажигала стадион, но теперь он хотел просто побыть собой. Владом.
— Сувениры возьму, потом что-нибудь поесть и — о, смотри-ка, — пробормотал он себе под нос, разглядывая схему маршрутов.
Народу в переходе было достаточно, но не настолько, чтобы толкаться. Сатоши уже собирался двинуться к платформе, когда заметил краем глаза яркое оранжево-чёрное пятно. Кто-то нёсся в его сторону с такой скоростью, словно за ним гнались все боги Олимпа сразу.
А потом этот кто-то споткнулся.
— Ой, мама! — вырвалось у греческого парня в тигровой шапке с ушками и дурацки милых пушистых гетрах.
Влад даже не думал. Реакция сработала быстрее мозга: он шагнул вперёд, выставил руки и перехватил почти летящее в него тело. Массивная цепь с оранжевым сердцем больно стукнула Сатоши по груди, но он устоял. Широкие штаны с цепочками не подвели — баланс был восстановлен.
— Ох! — выдохнул парень, вцепившись в плечи Влада. Тёмные очки съехали набок, открывая огромные карие глаза, полные смеси ужаса и восторга. — Ты поймал меня, реально!
Сатоши усмехнулся, всё ещё удерживая незнакомца за талию. Тот пах чем-то сладким, ванильным, и от его тигровой куртки, расстёгнутой на черной безрукавке, веяло теплом.
— А ты думал, я дам тебе шлёпнуться? — голос Влада звучал спокойно, с лёгкой молдавской хрипотцой. — Такой костюм испачкать — преступление.
Парень в его руках моргнул, потом запрокинул голову и засмеялся — громко, заразительно, на весь переход. И тут же, не спрашивая разрешения, обхватил ладонями лицо Сатоши, словно проверяя, настоящий ли он.
— О боже, это ты! — затараторил он на английском, перескакивая на греческий и снова обратно. — Сатоши! «Viva, Moldova!» Я твой костюм на Евровидении запомнил! И песню! У меня восьмое место, у тебя — нет, погоди, у меня десятое. Акилас. Я — Акилас. Мутилинеос. Мы вместе стояли на бэкстейдже! Ты пил ту ужасную газировку и делал вид, что тебе вкусно!
Сатоши наконец узнал его. Тот самый вихрь из Греции, который после финала носился по коридорам, обнимал всех подряд и с кем-то спорил о винограде. Акилас. Конечно.
— Помню, — улыбнулся Влад, мягко высвобождая своё лицо из цепких ладошек. — Ты тогда ещё у ведущего микрофон пытался украсть.
— Это был комплимент! — ничуть не смутившись, заявил Акилас. Он наконец отпустил Сатоши, но тут же повис на его руке, будто они были лучшими друзьями тысячу лет. — Слушай, а что ты делаешь в Афинах? В метро? Один? В таком шикарном спортивном костюме? Это опасно! Знаешь, сколько здесь фанатов стиля?
— Отдыхаю, — коротко ответил Сабажук, чувствуя, как по губам расползается широкая, неподвластная ему улыбка. — И, кажется, спасаю неуклюжих тигров.
Акилас поправил шапку с ушками, оскалился в ответ и буквально засиял.
— Спаситель в синем. Это судьба, Сатоши. Ты меня поймал — значит, теперь обязан составить компанию. Ты ел сегодня настоящую греческую душу? Нет? Тогда пошли, я знаю место, где тебе нальют кофе такой густой, что ложечка будет стоять. И расскажешь мне, как ты додумался до «Viva, Moldova!» Потому что это гимн!
— А если я не хочу кофе? — прищурился Влад, чувствуя, как этот человеческий ураган уже тащит его за собой.
— Хочешь, хочешь! — Акилас обернулся, его карие глаза сияли азартом. — Неужели ты не хочешь немного перемен в жизни? А поесть с победителем чужой неуклюжести — это самый адекватный движ в твоей жизни.
Сатоши сделал вид, что глубоко задумался, хотя ответ знал ещё до того, как тигровый парень открыл рот.