Дмитрий Каляев - молодой поэт, ушедший на войну. В перерыве между двумя командировками на СВО он издал сборник «Король в изгнании». Дима пропускает войну сквозь себя как эстет. Он и романтик, и циник, и акмеист. Что-то здесь от Гумилёва - строгие рифмы, отсылающие к классической поэзии, но без попыток заигрывать с футуризмом.

Поэзия Каляева далека от квасного патриотизма. Донбасс у него перекликается не с Великой Отечественной, а с Бенгалией, с цезарем, с искателям приключений в пробковых шлемах. Каляев - на стороне красоты против уродства, на стороне стиля, на стороне риска. На стороне наблюдателя, скрестившего на груди руки перед видом гибнущей Помпеи.

Друзья что гибнут как античность
На фронте новой мировой
Быть может и меня отыщут
И примут там за своего

Ведь были же когда-то скальды
Певцы побед и поражений
Была же ночь и кто-то ладил
Святую грусть в своей свирели

Какой-то жаворонок пел
Над буро-красными проливами
И умирал от тех же стрел
Что грек под всеми Фермопилами

Каляева интересует и Пушкин, и Гоголь, и Вергилий, но писать всерьёз в наше время о них непросто, ведб легко скатиться в наивную глупость. Дима же открывает в себе возможность говорить в стихах о великих путём собственного помещения в зону риска, он пытается нащупать связь с историческими вехами, оказавшись в военной обстановке.

Сборник не похож на современную поэзию. Пожалуй, эта поэзия подчёркнуто, демонстративно несовременна. Она напоминает вещь, которую искусственно старят, чтобы она выглядела дороже.

Позёр Каляев в «Короле в изгнании» пишет о местах, где он никогда не был, об эпохах, в которых уже никому не суждено жить. Кому-то покажется нелепым это эстетство, но попробуйте также как он эстетствовать в Бахмуте. Местами у Димы получается сильно - не зря поэт решил стать авантюристом.

Приобрести сборник «Король в изгнании» можно на сайте издания «Геликон плюс».