[🎞️] —
— Максимилиан, если говорить словами Руссо, то ныне мы видим, как сбываются его слова о бедствиях. Мудрость революции — в том, чтобы действовать на опережение, и именно эту мудрость мы обязаны проявить сейчас.
Сен-Жюст, однако, дрожал, но не от холода — от гнева, от той внутренней бури, которая осталась после того поражения.
— Я не стану лгать тебе, Максимилиан, — голос его звучал твёрдо, но в нём проскальзывала та самая нотка, что выдавала, как глубоко ранило его известие о Вандее, — известие о Вандее ударило меня в самое сердце. Я вижу лица тех, кто пал, слышу их молчание. Но именно поэтому я не имею права молчать. Если мы сейчас дрогнем, если позволим отчаянию диктовать решения, то предадим не только павших, но и саму идею, ради которой они шли вперёд. Пусть это поражение станет для нас не концом, а началом новой строгости. Республика не может позволить себе слабости.
Сделав небольшую паузу между своими словами, он глубоко вздохнул.
— Мы не имеем права оплакивать их так, как оплакивают родных, — продолжил он тише, но не менее твёрдо, — мы должны оплакивать их делами. Каждый наш шаг отныне должен быть ударом по врагу, каждый приказ – мечом, рассекающим хаос. Пусть Вандея запомнит, что Республика не прощает предательства, но ещё меньше она прощает слабости.
🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
#Interact @maximilianderobespierre