Не совсем согласны с логикой уважаемых коллег.

Ну не отказывается Европа от ИИ! ЕС в феврале 2025 года создал инициативу InvestAI с заявленной целью мобилизовать €200 миллиардов инвестиций в ИИ, включая €20 миллиардов на строительство Гигафабрик ИИ.

Гигафабрики ИИ — это крупные вычислительные центры, оснащённые новейшими, высокоспециализированными чипами. Основная задача этих суперкомплексов — обучение, тестирование и запуск мощных моделей ИИ.

При чем тут клиенты ASML в Европе? ASML находится в Нидерландах, но её экономическая модель встроена в глобальную цепочку, тот же TSMC не сможет выпускать микроэлектронику без голландской ппомощи!

Таким образом, именно Европа контролирует критически важный для мировой отрасли ИИ станок, но значительная часть следующего уровня стоимости, то есть, непосредственное производство передовых чипов, их проектирование, выпуск графических процессоров GPU, — да, находится далеко за пределами Европы.

Сей факт, действительно, - один из парадоксов европейской промышленной политики, но ни в коем случае - не показатель слабости позиций Брюсселя при обсуждении регулирования рынка ИИ.

Причём Европа не просто декларирует намерения. Уже:
- создаются 19 Фабрик ИИ;
- запланировано строительство до 7 Гигафабрик ИИ;
- финансирование непосредственно от Брюсселя и национальное финансирование для строительства может составить до €10 миллиардов;
- ожидается ещё минимум €20 миллиардов частных инвестиций;
- в 2026 году Еврокомиссия уже сообщала о дальнейшем расширении вычислительной инфраструктуры ИИ.

Где тут отказ Европы от ИИ? Скорей, вопрос корректно ставить по иному: «Европа одновременно пытается финансировать технологический рывок и беспрецедентное перевооружение — и возникает вопрос, хватит ли у неё капитала, энергии и промышленной мощности для обоих проектов одновременно».

А вот это - уже очень серьёзная проблема. Ведь львиная доля высокотехнологичных решений сейчас поставляется в Европу из Китая, из США. Брюссель одновременно и отчаянно пытается начать финансировать сразу три суперкапиталоёмкие трансформации: оборонную, энергетическую и цифровую.

При этом, собственная промышленная база Европы изначально была слабее, чем у США и Китая, более того, сейчас эта промышленная база очень быстро рушится.

Главный текущий риск Брюсселя заключается не столько в недостатке денег, сколько в том, что европейский капитал будет финансировать спрос, а добавленная стоимость будет создаваться за пределами Европы.

Разрыв с Россией и отказ от её дешёвых и обильных энергоресурсов, пожалуй, является в этой ситуации дополнительным мощным грузом, не позволяющим Брюсселю выкарабкаться из болота, куда их затянул украинский кризис. Сконструированный собственными усилиями.

Подписывайтесь на наш канал. Вас ждет еще много интересного.
 
@Safir_Analytics