Не стали бы связывать последние события в Красном море и решение Эр-Рияда покинуть проект mBridge.

Сегодня Financial Times сообщила, что Саудовский Центральный банк (SAMA) подтвердил прекращение участия в проекте.

Но саудовская сторона утверждает, что это произошло после завершения стадии proof-of-concept (POC) ещё 13 мая 2025 года и соответствовало первоначальному плану.

При этом FT подтверждает, что Саудовская Аравия продолжает более непубличное взаимодействие с проектом, возглавляемым Китаем. Таким образом, говорить о полном разрыве Эр-Рияда с проектом mBridge не стоит!

Стоит отметить, что mBridge — не просто очередной финтех-проект. Он создавался как инфраструктура, позволяющая Центральным Банкам проводить трансграничные операции напрямую, минуя традиционную долларовую/корреспондентскую инфраструктуру SWIFT.

Стоит ли удивляться, что Вашингтон воспринимает его как потенциальную угрозу долларовой системе, особенно из-за ведущей роли Китая.

Склоняемся к тому, что Саудовская Аравия заранее снизила свою публичную вовлечённость в китайскую финансовую инфраструктуру, а рост напряженности вокруг Ормуза и Баб-эль-Мандеба одновременно резко увеличил сиюмоментную зависимость Эр-Рияда от американской и западной инфраструктуры безопасности.

Какие последствия для участников проекта? Для Китая выход Саудовской Аравии означает скорее потерю стратегического участника, но не потерю всей конструкции mBridge.

Саудовская Аравия была особенно ценным участником mBridge потому, что она одновременно:

1. крупнейшая экономика Персидского залива;
2. крупнейший нефтяной экспортёр;
3. её финансовая система очень тесно связана с американской финансовой системой;
4. имеет огромный государственный капитал.

Поэтому присутствие в проекте mBridge SAMA показывало, что китайская платёжная инфраструктура может привлекать не только государства, находящиеся в противостоянии с США.

Потеря публичного участия Эр-Рияда ухудшает именно демонстрационный эффект.

Но экономическая ценность mBridge для Китая остаётся: в исследовании ЕЦБ за 2026 год говорится, что цифровой юань составлял около 95% транзакций mBridge.

Как выход из проекта повлияет на Саудовскую Аравию? Краткосрочно выход может быть рациональным, с точки зрения снижения геополитического риска.

Саудовская Аравия получает возможность одновременно:
- сохранять долларовую инфраструктуру;
- не раздражать Вашингтон своим демонстративным участием в китайской альтернативе SWIFT;
- продолжать развивать собственные цифровые формы национальной валюты (CBDC) и цифровые платежи;
- а вот, при необходимости, использовать китайские каналы в двустороннем порядке.

Это особенно важно для Эр-Рияда на фоне того, что экономические связи с США сейчас очень велики. Например, фонды PIF и US EXIM в июле 2026 года договорились о финансировании до $15 миллиардов для закупок американских товаров и услуг компаниями, входящими в саудовский фонд.

Таким образом, Саудовская Аравия корректирует свою политику: не «Китай вместо США», а «Китай + США» на благо интересов Эр-Рияда.

При этом, ни в коем случае нельзя трактовать выход Эр-Рияда из проекта, как проигрыш Китая. Скорее, мы можем утверждать, что Эр-Рияд сохраняет американскую финансовую систему + британское посредничество (что крайне важно!) + китайские торговые связи, но избегает публичной привязки к китайской альтернативной платёжной архитектуре.

Ключевой вывод: Эр-Рияд пока не хочет становиться институциональным участником китайской альтернативной финансовой системы, но и ни в коем случае не отказывается от углубления экономического сотрудничества с Китаем.

Подписывайтесь на наш канал. Вас ждет еще много интересного.
 
@Safir_Analytics