🇰🇿🇰🇬🇺🇿 О проблемах водно-энергетического комплекса Центральной Азии

Объединенная энергосистема Центральной Азии — одна из болевых точек региона. Да и, честно говоря, появление новостей о масштабном блэкауте в Казахстане, Киргизии и Узбекистане видится продолжением казахстанских событий начала года.

Как говорится, show must go on. Достаточно вывести из строя один единственный объект на территории одной из стран, чтобы нанести удар по критически важной инфраструктуре всего региона. Списки критически важных объектов на территории стран вероятного противника есть во всех справочниках разведструктур передовых армий мира. И объекты энергетической инфраструктуры занимают в таких списках первые места.

В июне 2021 года Евразийский Банк Развития подготовил доклад «Инвестиции в водно-энергетический комплекс Центральной Азии».

Основные тезисы:

▪️ высокий уровень износа электросетевого комплекса и генерирующих мощностей (мощности возрастом свыше 30 лет — от 44 до 75%);
▪️ высокий уровень потерь электроэнергии (7–20% производства в некоторых странах);
▪️ снижение надежности энергоснабжения в Узбекистане и на юге Казахстана в результате нехватки маневренных мощностей и неиспользования ГЭС соседних стран;
▪️ потеря многолетней регулирующей способности водохранилищ и нарастание критического недостатка воды на ирригационные цели даже в многоводные годы;
▪️ противоречие интересов стран верховья и низовья бассейна трансграничных рек относительно режима использования водных ресурсов и др.
▪️ в 2000-х годах нагрузка на энергосектор начала стремительно расти, а уровень сотрудничества — падать. Страны начали пытаться выйти на самодостаточность.
▪️ самодостаточность требует инвестиций 9 млрд долларов в год. Но большая часть инвестиционных проектов подразумевает накачивание деньгами местных экономик и обеспечение ситуативных энергонужд, а не инвестирование в водно-энергетический комплекс региона.
▪️ проблема с Аральским морем: к 2050 году регион рискует стать «вододефицитным».
▪️ ежегодные экономический ущерб и нереализованные экономические выгоды достигают 4.5 млрд в год.

О чём это нам говорит?

Пока в Средней Азии существовало централизованное управление и регулирование, действовали единые тарифы и нормативно-правовая база, а водные споры пресекались решениями сверху, всё относительно неплохо работало. Но вот прошло 30 лет. Кто-то где-то как-то ветшающий энергетический комплекс подлатывает — но делают не все. И проседания в одном стране аукаются последствиями у соседей.

Когда в середине нулевых Объединенная энергосистема Центральной Азии пошла вразнос — сперва из нее вышел Туркменистан, потом в одностороннем порядке Узбекистан отключил от линий электропередач Таджикистан — нехватки и дисбаланс начали компенсировать другими источниками энергии.

Если до этого энергопотери компенсировались точечно, используя мощности всей системы, то в последние полтора десятка лет процесс стал напоминать затыкание пробоин у тонущего судна. Начали больше полагаться на водный бассейн Сырдарьи — что предсказуемо привело к изменению всей водохозяйственной обстановки.

Пять стран региона до сих пор тесно связаны между собой. Вот только тот уровень сотрудничества, который был при Союзе, уже едва ли можно достичь — даже несмотря на инициативу России выступить медиатором. Да и не даст никто это сделать.

А сегодняшний сбой наглядно демонстрирует, насколько эти страны, во-первых, зависимы друг от друга, а во-вторых, — уязвимы.
#Казахстан #Киргизия #Узбекистан
@ryabr