На днях мы разговаривали с мамой и в какой-то момент речь зашла про сливы. Мама хотела рассказать про сливовое дерево, которое росло у дома моей бабушки, а может быть до сих пор растёт.
Бабушка, к сожалению, умерла и где-то 5 лет назад дом продали. Дом, где проходила мамина юность, где долгое время жили её родители и где прошли почти все мои счастливые летние каникулы.
И вот чтобы я поняла, про какое дерево идёт речь, мама описывает: «…смотри, ты стоишь спиной к двери, слева от тебя столб и получается перед тобой растёт слива и слева от неё ещё одна…»
И я понимаю, что в данный момент мама представляет это место и как она там находится. И я тоже начинаю его представлять и уже тоже как будто бы там нахожусь. В месте, которого уже даже не существует. А мы с мамой, если захочется, можем походить по нему. Вот как по панорамам в картах.
Так и зачем мама рассказывала про дерево у дома? Сливы, которые растут у неё на даче того же сорта, что и сливы от этого дерева.
Потому что это буквально. Сливы. От этого дерева.
Оказалось, что перед тем, как продать дом, мама отрезала от дерева ветку, привезла её в Москву и привила к сливе, которая уже росла на даче. А потом она привила к ней ветки от еще трёх других бабушкиных слив.
В общем, я не знаю, что сейчас с теми деревьями, да и вообще с домом, который был дорог мне и моей маме. Но он продолжает жить в наших воспоминаниях, и благодаря стараниям мамы, даже на участке её нового дома.
Готовлюсь не в плане, что он неминуем. А в плане, что думаю, как его пережить. А потом ещё раз пережить. И ещё много раз.
Я это не умею — не умею переживать провалы так, чтобы меня не выбивало. Я чувствую себя неудачницей и что ещё хуже, мне кажется, что я зря поверила в свою идею и в себя.
Летом я выложила три ролика и ни один из них не набрал столько просмотров, сколько до этого набирали остальные. И что бы я себе не говорила, это не помогает. А говорила я, что провалы — часть любого пути, что провалы меня не определяют, что провалы могут быть обычной неудачей, и что несмотря на провал нужно продолжать.
И вот грядёт новое видео, а я как будто пытаюсь встать в стойку: напрячь всё своё тело, расставить ноги, хотя падение это всё равно не смягчит.
Я рассказала об этом психологу, и диалог с ней навёл меня на удивительнейшую мысль «А что если мои провалы… не провалы?»
Конечно, я и раньше об этом думала. На всех трёх летних видео у меня не 0 просмотров. И над всеми ними я старалась и считаю их стоящими. Проблема в том, что я выбрала критерий, по которому идентифицирую их, как провал и вынуждена с этим провалом справляться.
Понятное дело, что этот критерий, а именно одобрение всё большего количества людей — это не то, что можно запросто выкинуть из головы, как и в целом потребность делить всё на успех и неуспех.
Но в этом и суть. Мне не нужно думать, как пережить провал. Мне нужно думать, как ничего из того, что я делаю провалом не считать.
Учась в вузе, я видела в этом смысл только первые полгода, затем ждала, когда остальные три с половиной закончатся. Выступая на улицах, я понимала, что не буду заниматься этим всю жизнь и постоянно держала эту мысль в голове. На всех своих, близких к официальным, работах я была ради денег и каждый день знала, что мне тут не место и однажды я уйду. В своих первых отношениях я уже через месяц поняла, что это не тот, с кем я хочу связать жизнь. Остальные полтора года с ним протекали с мыслью, что когда-то это нужно будет прекратить. В 10-11 классах я решила, что стены школы не позволяют мне вырваться из своего привычного образа тихони и ждала, когда скорее поступлю в вуз.
Это лишь малая часть. И все эти временные годы не вынуждены: я или их выбрала или выбрала их таковыми ощущать.
творить, потому что это может быть важным для кого-то
Две недели назад мы довольно интересно поговорили с мамой моего друга, по совместительству одноклассника. Я давно её не видела, она меня тоже.
Она сказала, что слышала, что я занимаюсь музыкой и спросила, как у меня сейчас с этим. Я как всегда, как и всем, сказала, что сложно. Что я не могу угодить сама себе и из-за этого сильно торможу. Ничего не выкладываю. А она сказала, что мои песни могут быть важны другим людям, так что если мне самой они не до конца нравятся, я могу, а может быть даже должна писать и выкладывать песни для них. Это моя вольная интерпретация её слов.
На тот момент эта мысль мне понравилась, но я почти сразу восприняла её… какой-то эгоцентричной что ли. Ну в плане для того, кто занимается творчеством и держит её в голове. Я же не врач и не спасатель, чтобы моё дело однозначно помогало и требовалось другим людям. И я не настолько высокого о себе мнения, чтобы писать песню и верить, что она действительно нужна кому-то больше, чем мне самой.
В общем, эта мысль показалась мне фантазией. Приятной, но фантазией.
А вчера я случайно вспомнила про свою старую песню. Это, кстати, уже третья такая за месяц. Которую я когда-то писала, но не сделала на неё ставку что ли… Не включила в перечень песен, которые считаю достаточными и в итоге забыла.
В попытках найти запись этой песни, я начала листать диктофон за 24ый год, за 23ий и даже за 22ой. И нашла ещё всякие кусочки, отрывки, которым также не дала шанса. И часть из них действительно ну так себе. А на остальную часть, включая те три песни, я теперь будто могу посмотреть иначе. Как кто-то посторонний.
Где-то могу выцепить для себя какую-то мысль, эмоцию, но в основном могу просто послушать. И отвечать только на два вопроса: понравилось ли мне и почувствовала ли я что-то.
Мне понравилось. И я что-то почувствовала. Часто связанное уже с текущим положением моих дел.
Так что по поводу той первой мысли? Творить, потому что это может быть важно для других. Не уверена на счёт других, но я могу писать для будущей себя. Чтобы однажды она смогла послушать мои песни и найти в них что-то важное, чего я не заметила или не была способна оценить. Будто бы она и есть тот самый другой человек, каким она к тому времени и будет.
С 14 и до 24 лет у меня была одна и та же обложка для паспорта. Её подарила мне мама.
Это была голубая обложка с китом, на котором типа лежала стопка книг. А под китом было написано что-то типа «я люблю читать» или «я люблю книги» или просто «букс». И прикол в том, что я вообще не люблю читать. Но мне нравилась эта обложка, хотя я всегда думала, что когда-нибудь куплю более подходящую.
В какой-то момент эта обложка стала совсем грязной, выцветшей и два года назад мама подарила мне другую. Она почти сразу спросила, нравится ли мне обложка и что если нет, её можно вернуть. И… я соврала маме, что она мне нравится. Хотя на деле, она не то, чтобы мне не нравилась, просто снова не прям соответствовала мне.
И вот два года мамина обложка лежала на полке и периодически напоминала мне о том, что я не сказала маме правду. Тем временем обложка с китом уже совсем износилась и я увидела ту, которая как мне показалось, мне подходит. И впервые в жизни сама купила себе обложку.
С тех пор прошло четыре месяца. И знаете, что? Она мне не нравится — обложка, которую я выбрала. Её дизайн действительно мне близок, но что-то не так.
А знаете что ещё? Я поняла, что мне и не так важно чтобы обложка как-то отражала меня. Обложки для паспорта это в целом скорее намёк на самовыражение — часто там что-то совсем несерьёзное.
И вот впервые за два года я взяла вот эту мамину обложку, которую она мне подарила. Судя по всему я её тогда даже не рассмотрела детально.
Обложка коричневого цвета и на ней изображены котики. Оказалось, что это всё один и тот же котик, который просто занимается разными вещами: мышку ловит, точит когти, играет с клубком, а на лицевой стороне он очень гордый и у него на шее висит медаль №1.
И я не знаю, думала ли об этом мама, но этот котик занимается самыми обычными вещами, которыми занимаются все коты. И он всё равно… самый лучший.
Я плачу.
В итоге мне действительно нравится эта обложка. Потому что, как и обложку с китом, её выбрала для меня мама.
How can I read @ryabinasmoroza without a Telegram account?
TGViewer shows the public web preview Telegram publishes for рябина с мороза: recent posts, photos, videos and the subscriber count, with no app, login or account.
How many subscribers does рябина с мороза have?
рябина с мороза (@ryabinasmoroza) has 786 subscribers on Telegram, refreshed roughly every 30 minutes.
Does рябина с мороза know I viewed it here?
No. Public channel previews carry no viewer identity, and TGViewer has no accounts or tracking of what you look up.